Тема дня

12.03.2014 - 06:00

ХЭППИ ПИПЛ

Две недели вся страна наблюдала за Олимпиадой в Сочи. Наверное, каждый хотел бы увидеть это зрелище воочию, а не по телевизору. Сегодня мы общаемся с нашей землячкой Ариной Щербиной, которой посчастливилось побывать на играх в качестве волонтера и увидеть все своими глазами.

Корр.: Арина, давай по порядку, как ты оказалась среди волонтеров на Олимпиаде в Сочи?

А.Щ.: Еще в восьмом классе я загорелась идеей попасть на Олимпиаду в качестве волонтера. Моя старшая сестра сказала, что в Ханты-Мансийске на базе Югорского государственного университета будет центр набора волонтеров на игры в Сочи. Поэтому я решила попасть именно в этот университет. Поступив на первый курс, сразу оставила заявку на официальном сайте игр. После этого нужно было заполнить очень подробную анкету. Она включает в себя всю официальную информацию: паспортные данные, образование, информацию о родителях. Также надо было написать свое хобби, интересы, знание иностранных языков, причину, по которой хочешь стать волонтером, и т.д. Спустя некоторое время после анкетирования мне прислали письмо о том, что меня отобрали. Я тогда просто прыгала от счастья около часа. Ну а потом началась долгая подготовка и обучение.

Корр.: Как это проходило?

А.Щ.: Компания «English first» организовала год бесплатного обучения английского языка. Два раза приезжали люди из оргкомитета Олимпиады, собирали всех волонтеров УрФО и проводили тренинги, на которых рассказывали о наших обязанностях, об объектах. Потом было несколько собеседований по Skype. В прошлом году была возможность поехать на тестовые игры, но я не поехала, так как мне не было восемнадцати. Когда пришло время покупать билет в Сочи, я даже начала сомневаться, стоит ли ехать. Вроде, так долго к этому шла, мечта уже почти осуществилась, а я просто перегорела. Но сестра сказала, чтоб я ехала. И я не пожалела, что приняла такое решение.

Корр.: Как добиралась до Сочи?

А.Щ.: Университет выделил 13 тыс. руб. на дорогу, хватило только на поезд. Так что мы четверо суток тряслись в вагоне. 5 февраля мы были уже в Сочи.

Корр.: Волонтеры ведь все были распределены по разным точкам, исполняли разные функции. Где ты работала и каковы были твои функции?

А.Щ.: По России всего было около двадцати пяти волонтерских центров. Каждый из них подготавливал волонтеров разных специальностей. Наш центр был ориентирован на обслуживание мероприятий и работу со зрителями. Также были такие функции, как спорт, питание, транспорт и др. Помимо этого было распределение по кластерам. Их было всего два: горный и прибрежный. В горном кластере располагались трассы для лыжных гонок, биатлона, фристайла и др. А в прибрежном — Олимпийский парк и все крытые объекты игр. Я попала в прибрежный кластер на «Адлер-Арену» - это центр конькобежного спорта, который вмещает в себя 8 тысяч зрителей. Всего на этом объекте было 400 волонтеров.

Корр.: Как проходил обычный рабочий день?

А.Щ.: Каждый день мы делились на 12 команд, каждая из них была названа в честь какой-либо страны. Деление происходило случайным способом: мы вытягивали жетоны, где был изображен флаг государства и написана должность. Флаг - это просто формальность, название твоей команды. Таким образом была организована работа, чтоб нам было интересней. За каждой условной страной закреплено определенное место. Например, Россия и Япония работали на улице у входов, Корея - на одном из секторов трибун. Также были разные должности. Ашер стоял на трибунах, встречал зрителей и рассаживал их на места. Маршал находился внутри здания и направлял людские потоки в нужное русло. Тикет-тейкер стоял на входе в арену и помогал зрителям войти внутрь. Аксес-монитор пропускал спортсменов. Получалось так, что у нас каждый день новая команда. Успели поработать в каждой точке нашего объекта.

Корр.: Во сколько начинался и заканчивался рабочий день?

А.Щ.: Все зависело от соревновательного дня. Мы приходили за три часа до начала соревнований и уходили, когда арена опустеет. Работали примерно по 9-12 часов в день.

Корр.: Выходные были?

А.Щ.: За время моего пребывания в Сочи у меня было тринадцать рабочих смен и три выходных.

Корр.: Вообще тяжело было работать?

А.Щ.: Была атмосфера праздника, эмоции просто переполняли. Так что первые дни мы очень уставали именно от них. Приходили домой и падали на кровать.

Корр.: Чем занимались в свободное время?

А.Щ.: Пока мы ехали до арены, видели много интересных мест, где хотелось бы побывать. Так что все выходные были распланированы. Мы просто гуляли по Сочи. Также иногда выделяли бесплатные билеты на некоторые соревнования. Но их было ограниченное количество, так что надо было успеть записаться. Я в один из выходных побывала в горном кластере, когда ходила на соревнования по фристайлу. Много времени уходило на перемещения, так что мы не побывали во многих местах. И вообще за выходной мы уставали больше, чем за рабочий день.

Корр.: Где вы проживали, как был организован быт, питание?

А.Щ.: Прибыв в Сочи, я поняла, что это не просто один город, а некоторое количество станций. Мы жили на станции Лоо, от которой два часа до Олимпийского парка. Жили в хорошем пансионате «АкваЛоо». Условия довольно хорошие для волонтерского проживания. На завтрак и ужин – шведский стол, а обедали мы на объекте. Говорили, что волонтерам прибрежного кластера повезло больше, чем горного.

Корр.: Какие самые яркие впечатления о соревнованиях?

А.Щ.: Честно говоря, очень сложно вспомнить. Потому что каждый день был полон эмоций и впечатлений. Пока сложно отделить одни от других. Я каждый день вела дневник и публиковала свои записи в сети. Огромные впечатления были от того, что после приезда я попала в число 505 волонтеров, которые участвовали в параде атлетов. Их, то есть нас, называли хэппи пипл. Парад атлетов проходил перед церемонией открытия, мы стояли живым коридором, по которому шли спортсмены. Они играли с нами, снимали на видео, фотографировали, пытались управлять шумовой волной, потому что мы очень громко кричали.

Корр.: Каков секрет попадания в число этих хэппи пипл?

А.Щ.: На самом деле его нет. Мне кажется, что выбирали случайно.

Корр.: Расскажи о своих наблюдениях за командами, спортсменами, болельщиками.

А.Щ.: Конкретно на нашем объекте особо ярыми были болельщики из Нидерландов, потому что скоростной бег на коньках это их национальный вид спорта. Мы смеялись над тем, что наша арена сделана специально для голландцев, так как трибуны у нас были оранжевого цвета, под цвет их костюмов. Вообще иностранцы мне показались более приветливыми, улыбчивыми, чем россияне. Что интересно, больше всего перегаром несло от иностранцев. Я думала, что будет наоборот (смеется).

Корр.: Кстати, как с этим контроль обстоял? В нетрезвом состоянии пропускали на соревнования?

А.Щ.: Даже на территории Олимпийского парка продавали пиво. Так что для болельщиков проблем с этим не было. А вот для курения были выделены определенные места.

Корр.: Говорили, что были огромные очереди и на получение паспорта болельщика, и на входе в арены. Расскажи, что такое паспорт болельщика и действительно ли были огромные очереди?

А.Щ.: Паспорт болельщика – ламинированная чипованная карта, которая нужна была для того, чтобы пройти на вокзал и на соревнования. На играх он был важнее гражданского паспорта. И очереди за ним были огромными. Просто многие не знали, что его можно заказать через интернет, а потом прийти в пункт выдачи паспортов и получить. Опять же, от незнания люди занимали очередь в центральном пункте, но они были и в других местах. Также очереди образовывались из-за долгого и тщательного досмотра перед входом на объект. Нужно было пройти такую же процедуру, как при посадке в самолет: весь багаж и верхнюю одежду отдать на рентген, пройти через металлоискатель, ощупывание с ног до головы. Не пропускали с напитками и едой, и вообще, если охраннику что-то не понравилось, то выкидываешь это в урну. Такую процедуру за день мы проходили минимум четыре раза, и то, если не ходили по другим объектам.

Корр.: Сейчас многие обсуждают неурядицы, которые связаны с Олимпиадой. Например, когда на открытии одно кольцо не раскрылось. Вы на своем уровне, среди волонтеров, эти вещи как-то обсуждали или переживали за это?

А.Щ.: Конечно, обсуждали и переживали. Я вообще такой человек, который не любит негатив. И мне не понравилось, что после церемонии закрытия полилась грязь. Например, показали, как иностранные журналисты засняли волка, который якобы гуляет по отелю.

Корр.: Вообще, по твоим наблюдениям, иностранцы как относятся к нашей Олимпиаде?

А.Щ.: Может быть, и были случаи, когда иностранцы негативно отзывались о наших играх, но лично ко мне подходили болельщики из других стран и благодарили за помощь, пожимали руку, махали, давали пять. Было позитивное отношение. Я вообще думаю, что Олимпиада – это праздник, надо и относиться к ней как к празднику, а не пытаться выискать что-то плохое. Правда, были случаи странного отношения к волонтерам. Люди просто не понимали, что каждый волонтер прикреплен к своему объекту, о котором он все знает. Но он такой же человек, который приехал за несколько тысяч километров в незнакомый город. Однажды мы шли с рабочей смены через Олимпийский парк в рабочей форме, к нам подошли люди и спросили дорогу. Мы ответили, что не знаем. На нас махнули рукой, якобы мы вообще ничего не знаем, набрали 25 тысяч дураков и все в таком духе. И, кстати, такое отношение было только от соотечественников.

Корр.: Волонтер - это человек, который на добровольных и безвозмездных началах выполняет какую-то работу. У вас какая-то материальная мотивация была?

А.Щ.: Нет, мы волонтеры в чистом виде. Работали за еду и форму. Была внутренняя мотивация попасть на игры, увидеть это собственными глазами.

Корр.: Что можешь сказать насчет формы?

А.Щ.: Всю олимпийскую одежду предоставляла фирма «BOSCO». Мне показалось, что на волонтерской форме не сильно заморачивались в плане качества, так как толстовки быстро скатались. Хотя мы не мерзли и не промокали.

Корр.: Как обстояли дела с ценами? Ходили слухи, что все было очень дорогим.

А.Щ.: Честно говоря, так как я живу в Ханты-Мансийске, меня цены Сочи не напугали. Например, фирменная демисезонная куртка стоила 9 тысяч, перчатки около 600 руб. Конечно, были и цены, от которых глаза на лоб лезли.

Корр.: Много споров было вокруг выбора места проведения Олимпиады именно из-за погоды. Как с ней обстояли дела, и не беспокоило ли это спортсменов и болельщиков?

А.Щ.: Мне показалось, что людей это не особо беспокоило. Наоборот, им понравилось, что они приехали на зимнюю Олимпиаду, а здесь тепло. Но я была на Красной поляне, там погода соизмерима ранней весне в Ханты-Мансийске.

Корр.: Вы хоть и были сотрудниками всего этого действа, но все равно у вас же тоже были какие-то спортивные предпочтения. За кого болели, кто из спортсменов запомнился?

А.Щ.: Мы, конечно, болели за Россию. Не нравилось, когда после очередного поражения российских спортсменов на них обрушивался шквал критики. Мне кажется, что поддержка должна быть в любом случае. Когда выступали наши конькобежцы, мы кричали, поддерживали их. Я даже голос срывала. Запомнились Иван Скобрев, Денис Юсков, Ольга Граф, Ольга Фаткулина, Юлия Липницкая, Аделина Сотникова. За хоккеистов наших очень расстроились.

Корр.: Была у вас возможность сфотографироваться с кем-нибудь из спортсменов?

А.Щ.: По волонтерскому уставу нам нельзя было во время работы брать автографы, фотографироваться, расспрашивать спортсменов. Мне один раз посчастливилось стоять на входе для спортсменов, я открывала им двери, видела их всех. И знаменитого Свена Крамера из Нидерландов. Рвалась душа, но я ее удержала.

Корр.: Были ли примеры, когда волонтеры делали то, что им запрещалось?

А.Щ.: Я не знаю, правда это или нет. Но когда мы только приехали, нам рассказывали, как застукали одного парня, который пронес много алкоголя в пансионат. У него забрали аккредитацию волонтера.

Корр.: Одним из спонсоров Олимпиады была компания «Кока-кола». Ходили слухи, что на олимпийских объектах продавали продукцию только этой компании. Так ли это?

А.Щ.: Да, это так. Вообще Олимпиада – это свободная территория от коммерческой рекламы. Могли рекламироваться только официальные спонсоры. Так что, когда люди заходили на соревнования с логотипами каких-либо фирм, мы просили их убирать или заклеивать. Я даже видела «Мерседес» с заклеенным значком.

Корр.: То есть квас попить на русской Олимпиаде не вышло бы?

А.Щ.: Да, по крайней мере, на территории спортивных объектов. Просто с другим напитком не пройти на территорию Олимпийского парка из-за досмотра, а в городе, конечно, пожалуйста.

Корр.: Скоро начнутся Паралимпийские игры. Там будут другие волонтеры?

А.Щ.: Да, так как был большой поток волонтеров, всех распределили на две Олимпиады. Только единицы остались на обе.

Корр.: Когда было закрытие, плакала или нет?

А.Щ.: (смеется) Мы сидели в спорт-баре, смотрели прямую трансляцию. Конечно, было трогательно, когда мишка пустил слезу, но я ждала чего-то большего.

Корр.: Когда игры закончились, вы оставались, чтоб проводить гостей?

А.Щ.: Нет, через полтора дня мы уехали.

Корр.: Есть желание еще раз побывать в Сочи?

А.Щ.: Особого желания нет. А вот поволонтерить есть. Я знаю, что в 2016 году будет Олимпиада в Рио-де-Жанейро, хочу туда попасть. Также мы с подругой подали заявку на участие в Универсиаде в следующем году.

Е. Черная

500
Вы проголосовали 'вниз'.

Комментарии

Добавить комментарий

Размещая комментарий на портале, Вы соглашаетесь с его правилами. Проявление неуважения, высказывания оскорбительного характера, а также разжигание расовой, национальной, религиозной, социальной розни запрещены. Любое сообщение может быть удалено без объяснения причин. Если Вы не согласны с правилами – не размещайте комментарии на этом ресурсе.

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки