Тема дня

15.06.2011 - 06:00

ПРОВЕРЕНО НА СЕБЕ, ИЛИ РЕПОРТАЖ С БОЛЬНИЧНОЙ КОЙКИ

Югорск — лучший город земли! Это настолько очевидно, что и говорить не приходится. Но даже в этом городе встречаются изъяны. С одним из них, волей случая, пришлось познакомиться и нашей корреспондентке.

Отложив костыли и собрав волю в кулак, она решила поделиться с читателямисвоими впечатлениями от этого знакомства. Как можно уже догадаться, предметом ознакомления оказалось травматологическое отделение Югорской ЦГБ.   

Вот так вот я попала…

Попасть в больницу — дело не мудреное. Лично я оказалась в этом казенном доме, поскользнувшись на деревянном настиле из досок, которые кладут на лужи или грязные места, сооружая своеобразный мостик между сухими островками земли.  То ли день у меня был неудачный, то ли карма прохудилась, но дела мои с утра не заладились. Я, конечно же, сама виновата — под ноги смотреть надо, идти тихонько, а не нестись, как оглашенная. Но кто же мог подумать, что так легко можно искалечиться? Шел, упал, очнулся, гипс — практически все то же самое было и со мной. С этого момента и началось мое очень близкое знакомство с местной медициной.

Карета скорой помощи, надо отметить, приехала относительно быстро, через 15 минут после того, как я сломала ногу. Поставили обезболивающий укольчик и помчали в приемное отделение. Спасибо медсестрам неотложки за вежливое, почти нежное, отношение к моей многострадальной личности, ведь на тот момент мне это было так необходимо, а вот среднему и младшему медперсоналу «приемника» спасибо сказать не за что. Они разговаривали так, как будто бы меня пьяную подобрали под забором. Я до глубины души была обижена таким обращением, о чем не замедлила им сообщить, но мое праведное возмущение оставило их равнодушными, что поделаешь — медики в большинстве своем народ циничный.

После рентгеновского обследования меня сразу же определили в травматологическое отделение, но сначала под наркозом ступню поставили на место. Первое, что я увидела, очнувшись от анестезии — это серо-коричневые обшарпанные стены, окно, задернутое пожелтевшими от времени занавесками-задергушками, и осыпающийся потолок. Постельные принадлежности, пододеяльник и простыня, были такими дырявыми, что в пору из них половые тряпки делать. Из подушки лезли перья, прилипали ко мне, отчего со стороны я напоминала курицу. В палате кроме меня лежали еще 4 женщины, каждая со своим недугом. Я закрыла глаза, молясь, чтобы все это оказалось лишь страшным сном, однако мои мольбы были напрасны — я лежала перед лицом самой что ни на есть настоящей реальности.

Соседки оказались на редкость милыми и веселыми людьми, поддерживали меня, как могли, успокаивали, ведь на тот момент я была в шоке. Только вот не все в отделении были такими дружелюбными. В первый же день моего больничного заключения я услышала столько хамства, сколько не слышала со студенческих времен. Если честно, то такое отношение для  меня было «откровением», ведь до этого я искренне верила, что медсестры, как ангелы, ниспосланные с неба. Их главная задача — утешать больных людей добрым словом и взглядом, ведь не зря же их называют сестрами милосердия. Вместо этого я узнала много нового о себе и о том, что наше место в этом заведении — десятое.

«Безбарьерная среда», или Смех и грех…

Еще одной неожиданностью для меня стало оснащение отделения. Для передвижения травмированных пациентов здесь практически ничего нет, костыли должны приносить родственники, а стоят они ни много – ни мало 600 рублей. Больным стационара запрещается пользоваться чайниками, электробритвами, телевизорами, ноутбуками — и все это в целях энергосбережения. Но самое интересное — это то, что запрещают даже заряжать мобильные телефоны. То есть связь с внешним миром практически полностью прервана, а о происходящем за стенами центральной городской больницы узнаешь по звукам, доносящимся с улицы, и по сплетням. Руководство больницы бережно запихнуло  своих пациентов в информационный вакуум. Но и это еще цветочки.

Для пациентов, как и положено, в отделении предусмотрены 2 отхожих места. Мне «посчастливилось» побывать в одном из них. Сказать по правде, зрелище было бы смешным, если бы не было таким грустным. Высота унитаза от пола около 30 см, представьте себе это. Представили? Смешно? А теперь представьте мучения человека, который пытается с этого унитаза подняться и принять хоть какое-то вертикальное положение… Поручень, вмонтированный в стену,в этом случае абсолютно бесполезен, т.к. кто-то уже попытался самостоятельно встать и просто-напросто вырвал его, да так, что неприглядно обнажились саморезы. Вопрос: кто «проектировал» этот унитаз и с какой целью? Может, чтобы ползком можно было добратьсяили чтобы высоко  падать не пришлось? На этот вопрос никто из медперсонала так ответить и не смог — сами возмущаются строительными изысками, только возмущения эти дальше дверей травматологии не выходят, а, может,их никто не слышит?  

Столовая в отделении находится сразу за постом, в ней 4 стола, и это на отделение из 10 палат, причем в каждой — минимум 5 человек. На коляске сюда не заехать, место, куда можно было бы прислонить костыли, не предусмотрено. Все это напомнило мне захватывающие дух аттракционы: не дай бог оступишься, зацепишься, костыль поскользнется, и все — смещение, вывих или новый перелом. Не буду никого больше пугать, лучше расскажу о смешном. Самое смешное в местной больнице — это еда. Хоть кормили на убой, иногда все же казалось, что нас хотят отравить, чтобы мы больше не мучились. Меню не отличалось изысканностью: капуста на завтрак, капуста на обед и на ужин тоже капуста. Видимо, когда закончился этот столь полезный для здоровья продукт, в тарелках появилась каша с рыбой. Представьте себе пшенку, сечку с минтаем, причем, рыба не порезана кусками, а, мягко сказать, пережевана. Слава богу, такое блюдо было только один раз, может, поняли на кухблоке, какую ошибку совершили, перепутали отходы для свиней с человеческой пищей. Хотя, с другой стороны, плохая еда — это отличный способ скинуть несколько кило.

Назад, в прошлое

На самом деле происходящее медикам «травмы» тоже не нравится, это худшее отделение в больнице, так говорят они сами. В других уже давно сделан ремонт, пациенты лежат в приличных условиях, в палатах есть душевые и туалеты, а травматология осталась такой, как в далеких 80-х годах. Надо сказать, что это отделение единственное от Пелыма до Нягани. Сюда везут больных из Советского района и севера Свердловской области, здесь никогда нет недостатка в пациентах, но почему-то именно «травма» не подходит под описание современной медицины. Правда, надо отметить, что у врачей-травматологов золотые руки, они собирают людей по косточкам в буквальном смысле.Но почему же чиновничье безразличие привело к тому, что больница застряла в прошлом веке? Нельзя существовать в таких условиях, просто-напросто негуманно относиться к больным людям, как к домашнему скоту — покормили баландой, постелили соломы и ждут благодарностей, а за что? Спасибо врачам травматологического отделения, спасибо процедурным и перевязочным медсестрам, только вот руководству больницы спасибо сказать не за что. Высокопарные слова о современной медицине на местном уровне, техническом оснащении и обо всем остальном — пустой звук. Все хорошее о больнице, что было в моем сознании, лопнуло как мыльный пузырь после того, как я оказалась в обшарпанном отделении травматологии центральной больницы самого лучшего города на земле.

Е. Апрятина

439

Комментарии

Добавить комментарий

Размещая комментарий на портале, Вы соглашаетесь с его правилами. Проявление неуважения, высказывания оскорбительного характера, а также разжигание расовой, национальной, религиозной, социальной розни запрещены. Любое сообщение может быть удалено без объяснения причин. Если Вы не согласны с правилами – не размещайте комментарии на этом ресурсе.

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки