Тема дня

31.01.2008 - 05:00

КУРА-ГРИЛЬ И «ЖАРЕНАЯ УТКА»

Не так давно большой шум наделал материал в газете «Югорский вестник» под названием «Что прячется у «селедки под шубой» или в букете с «мимозой». Речь шла о, мягко сказать, неудовлетворительном качестве салатов и другой продукции, производимой и реализуемой в магазине «Лабаз». Ситуация, изложенная корреспондентом «ЮВ» Аленой Шестаковой со слов пришедших в редакцию работников цеха, повергла в шок многих покупателей этого магазина. Тем более что в статье помимо слов работников были приведены цитаты из экспертных заключений соответствующих контролирующих служб. Вдобавок ко всему в одном из последующих номеров газеты был дан неутешительный комментарий Югорского межрайонного прокурора Н. А. Морозовой.

Казалось бы, все предельно ясно и двух мнений быть не может, но, как всегда, это оказалось не совсем так…

Накануне в редакцию уже нашей газеты пришли представители руководства магазина «Лабаз» с просьбой дать им возможность высказать свой взгляд на описанные события. На вопрос «Почему мы, а не «Югорский вестник?» ответ был следующим: «Редакция городской газеты не очень охотно отнеслась к подобному предложению, но главная причина другая - в данной ситуации «ЮВ» является одной из сторон конфликта, а это может повлиять на объективность». Несмотря на предупреждения, что наши вопросы могут оказаться неудобными и что редакция «Северного варианта» положительно относится к выходу упомянутой статьи, наши гости продолжали настаивать на интервью. Вот что из этого получилось.

Итак, наши собеседники - Директор ООО «Югорское», доверенное лицо ИП Кузнецовой, Алина Игоревна Бурнацкая, товароведы: Александр Владимирович Дадинов и Наталья Николаевна Молчанова.

Корр.: История эта началась с прихода в редакцию «Югорского вестника» двух ваших сотрудников, которые рассказали там шокирующие подробности приготовления блюд. Перед этим они написали жалобу в милицию…

А. И.: Все дело в том, что у технолога цеха начался конфликт с определенными сотрудниками, которые периодически нарушали трудовую дисциплину, опаздывали на работу и так далее. Соответственно, она начала к ним приглядываться, и у нее возникли подозрения о том, что они выносят продукты с территории цеха, проще говоря, воруют. В конце ноября прошлого года, вечером, перед закрытием технолог позвала охранника для того, чтобы произвести досмотр. Двоих удалось поймать – под одеждой были обнаружены замороженное мясо и рыба. Третья женщина – инициатор этого конфликта, организатор походов в газету, тогда не была поймана на месте. Она оттолкнула охранника, убежала в машину, и о том, что там происходило, можно только догадываться, после чего вернулась: «Нате, обыскивайте». Швырнула сумку охраннику под ноги, которую тот спрятал в ячейку для хранения. Позже она написала на охранника заявление в милицию, обвинив его в краже денег. К слову говоря, весь инцидент зафиксирован на камеру видеонаблюдения, и у нас есть соответствующая видеозапись.

Мы вызвали милицию, милиционеры отреагировали так: дескать, стоило ли так утруждаться из-за двухсот граммов мяса, и никаких мер в отношении задержанных нами женщин предпринимать не стали, хотя протокол составили. Двоих из трех я уволила, для увольнения третьей у меня не было оснований – ее ведь не поймали, поэтому пришлось ее отправить в отпуск. В частном разговоре со мной спустя некоторое время она призналась, что всеми своими действиями преследует единственную цель – убрать технолога, и сделает это любыми способами.

Корр.: Кем они работали?

А. И.: Поварами.

Корр.: А потом опальные повара обратились в редакцию?

А. И.: После выхода известной публикации я и многие из моих сотрудников были в шоке, казалось, что конфликт улажен, и такого развития событий никто не ожидал. В статье было указано, что они пришли в редакцию в канун новогодних праздников. Приходили двое, одна из тех, которую уволили, и инициатор всех этих мероприятий, оставшаяся

непойманной. Я, естественно, вызвала «виновницу торжества» для доверительного разговора и выяснила, что в газету они обратились после конфликта, то есть где-то в конце года. Оказывается, обвинения в нашу сторону «в травлении» покупателей были не единственными, они также жаловались на низкую заработную плату, титанические условия труда и прочее.

Корр.: А проверки, о которых говорится в газете, когда происходили?  

А. И.: Произошел инцидент с кражей, после чего они сразу же пошли в милицию. Затем у нас сделали контрольную закупку 27 ноября 2007 года, на результаты которой ссылается «Югорский вестник» в своей статье от 17 января 2008 года. Обратите внимание, прошло полтора месяца, в течение которых у нас не было ни одной проверки.

Корр.: Ну хорошо, предположим даже, что часть обвинений - это вымысел обиженных работников. Но ведь в статье приводятся выдержки из заключений экспертов: «Все 4 пробы салатов не соответс­твуют нормам СанПиН, и, соответственно, их следует признать опасными для жизни и здоровья». С этим не поспоришь?

А. И.: Возможно, дело в том, что не так все страшно, как это может показаться на первый взгляд. К примеру, наличие бактерии кишечной палочки в трех смывах из тридцати вообще-то не считается чрезвычайным отклонением от нормы.

Корр.: Специалисты надзорных органов подтвердят это?

А. И.: Надеюсь, что да. Тем более что результаты проверки нам стали известны почти сразу же, и мы тут же провели жесточайшую санитарную обработку помещения цеха и кухонного инвентаря, все сотрудники заново прошли медицинскую комиссию. Грешили на человеческий фактор, на недостаточно серьезную дезинфекцию и т. д.

17.01.2008 года сотрудниками ми­лиции у нас была проведена повторная закупка салатов, которые направили  на ис­следование в Центр гигиены и эпи­демиологии. Результаты исследований снова оказались неутешительными - во всех образцах опять обнаружили бактерии кишечной палочки. Откровенно говоря, мы оказались в тупике. В чем дело? Помещение и инвентарь тщательно вымыты спецсредствами, сотрудники здоровы, в цехе был установлен режим жесткого санитарного контроля. Для себя на тот момент мы могли объяснить это только двумя причинами – либо что-то с водой, либо сотрудники, осуществляющие контрольную закупку, не правильно получали образцы и транспортировали их к месту исследований. Больше никак! Только третья проверка от 21.01.2008 года смогла прояснить для нас ситуацию. Ее проводили специалисты с соблюдением всех необходимых правил, на этот раз все делалось, как положено, – резиновые перчатки, специальные контейнеры для транспортировки образцов. То есть в этом случае грешить на специалистов было бы просто глупо. Результаты последних исследований оказались идентичны предыдущим анализам от 17 января. Совместными усилиями, путем исключений, была найдена причина – это недостаточная концентрация хлора в дезинфицирующем средстве. Чтобы было понятно, речь идет о специальных хлорных таблетках, которые растворяются в воде, после чего проводится обработка. Это вещество, кстати, очень дорогое, мы обычно покупали в специализированных торговых точках и применяли так, как написано в инструкции.

Корр.: Давайте еще вернемся к фактам, изложенным в публикации. Там описывается случай, когда перед проверкой Роспотребнадзора Ваши сотрудники вывозили испорченное мясо, прятали его в складских помещениях, а часть засыпали хлоркой, после пускали в переработку.

А. И.: Такая проверка действительно была, она состоялась 4 октября 2007 года, и проводил ее не Роспотребнадзор, а Россельхознадзор – это несколько разные организации. По результатам проверки в тот же день госветинспекотором Л. В. Лукиной в присутствии представителей нашего предприятия составлен акт №4 об утилизации мясной продукции. Сама утилизация состоялась 6 октября 2007 года, ее проводили главный ветеринарный инспектор по г. Югорску Л. Я. Пустохина и наш технолог Н. Н. Решетникова. Об этом есть документ с соответствующими подписями. Утилизация  проведена путем сброса в яму Беккари на городском полигоне для уничтожения биологических отходов. Таким образом, то мясо, засыпанное хлоркой, о котором говорится в статье, – это, мягко говоря, плод фантазии. Такого быть не может, поскольку невозможно потом что-либо приготовить из хлорного мяса. В чем тогда смысл?  То же самое и с курами-гриль. Любая хозяйка подтвердит, что несвежее мясо во время приготовления в гриле начинает издавать резкий, стойкий и неприятный запах по той причине, что курица начинает выжариваться и источать «ароматы». С учетом того, что аппараты для жарки кур расположены у нас непосредственно в торговом помещении, если мы бы делали то, в чем нас обвиняют, уверяю вас, об этом давно знал бы весь Югорск.

Корр.: Это если сильно порченная, а если только подпорченная?

А. И.: Бесполезно, не помогут ни соусы, ни маринады. Не верите, попробуйте дома так сделать. Хочу еще добавить, что вечером у нас, как правило, кур не было в продаже, их просто не хватало. А будь они ненадлежащего качества, вряд ли был бы такой спрос. Сейчас уже остаются.

Корр.: А салаты?

А. И.: Есть акты на списание салатов, они, конечно, ничего не доказывают, потому что нами же составляются, но ссылаться на что-то нужно ведь. Итак, остаются салаты. Еженедельно составляются акты на списание, где указано, какой салат уничтожен и в каком количестве.

Корр.: А каковы сроки годности салатов?

А. И.: В основном два-три часа, если салат заправлен. С вечера чистятся овощи, утром, с восьми часов, их варят, салаты готовят, заправляют и выставляют на продажу. Раньше партию салатов реализовывали в течение часа, сейчас, естественно, такого нет.

Корр.: Как происходит контроль, кто-то стоит с часами и засекает время?

А. И.: Вместе с тем, как салат выставляется из цеха в торговый зал, поваром заполняется заборный лист, в котором указывается время. Когда срок реализации истек, емкость, в которой хранился салат на витрине, возвращается на кухню, перевешивается и утилизируется. Но раньше у нас не было необходимости проводить подобную процедуру, потому что салаты реализовывались до истечения сроков.

Корр.: А какую, к примеру, колбасу вы использовали в салатах?

А. И.: Не буду скрывать, что любой производитель, ориентирующийся на максимально возможный законный способ извлечения прибыли, естественно, отдаст предпочтение сортам подешевле. Также не открою большую тайну, признав, что если у продукта через неделю истекает срок годности, то будет правильнее пустить его в переработку, нежели ждать, когда его уже нельзя будет использовать.

Корр.: То есть цех работает в основном на продуктах с истекающими сроками годности?

А. И.: Нет, что Вы, потребности цеха гораздо большие. Допустим, на сегодня есть несколько батонов колбасы с заканчивающимися сроками, а цеху требуется 20-30 батонов, судите сами.

Корр.: Что скажете по поводу недоброкачественного творога, который вы продаете под маркой СП «Югорское»?

А. И.: Тут даже комментировать смешно, дело в том, что СП «Югорское» давно уже не поставляет нам творог, поскольку он целиком уходит в садики.

Корр.: Таким образом, Вы утверждаете, что все те обвинения, которые против вас выдвинули работники в газете «Югорский вестник», - все это неправда?

А. И.: Да, неправда, мы не вправе лишь оспаривать заключение экспертизы, но считаем, что формулировки выводов слишком жестки и категоричны. Другими словами, по нашему мнению, степень общественной опасности нашей продукции сильно преувеличена. В противном случае на территории города Югорска и Советского района давно бы возникла эпидемия, ведь продукция нашего цеха до недавнего времени пользовалась высоким спросом у покупателей.

Корр. Если все у вас, как говорится, в шоколаде, вы стали просто жертвами корпоративного заговора и неблагоприятного стечения обстоятельств, тогда почему остальные-то сотрудники молчат, видя такую несправедливость, пришли бы в тот же «Югорский вестник» и опровергли.

А. И.: Да они готовы это сделать, но это воспринялось бы как результат давления на них со стороны руководства, поэтому мы сразу же отказались от этой идеи. Кстати, участники этого самого заговора просятся назад на работу, то есть по-прежнему готовы «травить югорчан». С одной из них мы даже недавно ездили в «Югорский вестник», чтобы написать опровержение.

Корр.: Какие последствия имел для вас выход статьи?

А. И.: Упала выручка от реализации салатов, колбасных изделий, да и в общем тоже.

Корр.: Может быть, это не связано со статьей, а просто спад такой послепраздничный?

А. И.: Да нет, связано. После праздников у нас, наоборот, был подъем, когда у людей закончились салаты домашнего приготовления. После выхода статьи первые два-три дня салаты вообще не брали, сейчас начали брать, но опять же прежних объемов реализации нам так и не удалось добиться. Помимо финансовых потерь это все сказалось и на моральном духе коллектива. Нужно отметить еще и то, что упала заработная плата работников, поскольку она напрямую связана с прибылью. Думаю, корреспондент газеты не думала об этом, когда писала статью.

Корр.: Согласитесь, она руководствовалась соображениями безопасности для жизни и здоровья граждан, а это важнее размера зарплаты в вашем коллективе.

А. И.: Согласна, но она должна была убедиться в достоверности излагаемых фактов, например, обратившись за комментариями.

Корр.: В принципе, она не обязана этого делать, ну, ладно. Значит, Вы утверждаете, что причиной того, что в вашей продукции обнаружены возбудители инфекционных заболевания, является не нарушение технологии производства, правил продажи и хранения скоропортящихся продуктов питания, а в основном из-за проблем с  дезинфицирующим средством. Так, да? 

А. И.: Да.

Корр.: Средство бракованное, или вы неправильно его применяли?

А. И.: Этого мы пока еще не знаем, специалисты нам пояснили, что одной таблетки на литр, как написано на этикетке, недостаточно. Тогда мы стали использовать по пять-шесть таблеток. Вывод один: либо инструкция написана неправильно, либо препарат

некачественный.

Корр.: А чем пользуются другие подобные предприятия в нашей местности?

А. И.: Есть опасение, что этим же средством.

Корр.: Как оно называется?

А. И.: Мне не хотелось бы делать кому-либо рекламу или антирекламу. Просто, пользуясь случаем, обращаюсь к работникам общепита: будьте внимательны, прежде чем применять что-либо, проконсультируйтесь со специалистами. В частном порядке я готова поделиться этой информацией.

Корр.: Что вы предприняли после того, как узнали причину своих проблем?

А. И.: Закрыли цех и провели тотальную дезинфекцию препаратом с высоким содержанием хлора.

Корр.: Какие аргументы вы можете привести своим потенциальным покупателям в пользу того, что стоит теперь покупать вашу продукцию?

А. И.: Разумеется, я бы посоветовала руководствоваться логикой, а не эмоциями. Во-первых, сама по себе ситуация раздута с учетом причин, которые лежат в ее основе. Нарушения действительно были, чего греха таить, но не такого масштаба, как это было подано. Вторая причина, по которой покупателям стоит вернуться, заключается в том, что сейчас все производство в силу этих же обстоятельств находится под таким надзором и вниманием, что само по себе уже гарантирует безопасность наших продуктов. В-третьих, мы сами заинтересованы в благополучном исходе этого дела. Мы не являемся оппонентами Роспотребнадзора, прокуратуры, милиции и даже газеты, несмотря на наличие некоторых претензий. Нас же представили как неких злодеев, умышленно «травящих» добропорядочных жителей города Югорска и Советского района, разве что про мышьяк не написали. Но это ведь не так. Все, что случилось, – произошло

непреднамеренно, без злого умысла. Мы занимаемся тем, что кормим население и несем ответственность за это. Если бы действительно что-нибудь случилось, возникла бы вспышка инфекционных заболеваний, с кого бы спросили? Правильно, с нас. И, наконец, подумайте сами, мы  не настолько глупы и алчны для того, чтобы рисковать хорошо отлаженным, успешным бизнесом, экономя копейки на использовании просроченных ингредиентов. Такая экономия была бы не настолько велика, чтобы рисковать ради нее всем.

Корр.: Несмотря ни на что, Вы должны признать, что положительный эффект от статьи имеет место. В конце концов, благодаря этому удалось выявить причины, кто знает, может, и другие предприятия общепита обратят внимание и сделают выводы?

А. И.: Это не оправдывает выход подобных публикаций.

Корр.: Ну что же, останемся при своем мнении. А пока будем надеяться, что Ваши слова будут подтверждены соответствующими специалистами и конфликт будет исчерпан.

А. И.: Мы тоже надеемся на это.

Материал подготовил В. Тихомиров

Редакция «СВ» не ставила цель досконально разобраться в этой сложной ситуации, а всего лишь предоставила возможность высказаться одному из участников этой громкой истории. Но, несмотря на это, мы все-таки попросили дать короткий комментарий к интервью А. М. Денисова, заместителя начальника территориального отдела Роспотребнадзора по городу Югорск и Советскому району, вот он: «Недостаточная эффективность хлорного дезинфицирующего препарата может быть одной из причин развития кишечной палочки в цехе по изготовлению салатов магазина «Лабаз». Последняя проверка, которую мы проводили 21.01.2008 г., выявила в цехе общие санитарные нарушения (отсутствие маркировки на оборудовании, нарушения по содержанию оборудования и помещения), которые в том числе могут сказаться на качестве выпускаемой продукции». Судя по всему, делать окончательные выводы пока еще рано. Что касается «Лабаза», то, вероятно, стерильная чистота и порядок там будут в конце концов наведены, а что еще остается, если уж оказались под лупой общественного внимания и соответствующих органов. Опасение вызывает другое, как обстоят дела в более скромных точках общепита и торговли. Исходя из логики событий, получается, не будь конфликтов в коллективах, обыватели так и не узнают, что они употребляют в пищу, до тех пор пока… а тут уже возможны варианты.

486
gif-заглушка

Комментарии

Добавить комментарий

Размещая комментарий на портале, Вы соглашаетесь с его правилами. Проявление неуважения, высказывания оскорбительного характера, а также разжигание расовой, национальной, религиозной, социальной розни запрещены. Любое сообщение может быть удалено без объяснения причин. Если Вы не согласны с правилами – не размещайте комментарии на этом ресурсе.

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки