Тема дня

22.03.2013 - 06:00

РАСЧЕТВЕРЕНИЕ ЛИЧНОСТИ

Вы можете себе позволить насладиться бокалом вина или пива, выкурить сигарету, а потом заесть все кусочком ветчины, окорока или салями? Тогда вы — человек c малодифференцированной психикой, — так считает врач-психотерапевт, в последнее время широко разрекламированный в нашей местности. Многие читатели уже знакомы с ним по рекламным статьям, однако мы решили узнать, кто такой доктор Гужагин на самом деле, что называется, без рекламы.

Итак, знакомьтесь, Виктор Владимирович Гужагин, врач-психотерапевт, работающий более 30 лет в психиатрии и психотерапии.

Корр.: Здравствуйте, Виктор Владимирович. Не так давно практически во всех местных СМИ публиковались Ваши рекламные статьи о курении, алкоголизме, неврозах и тому подобное. Читая их, складывается впечатление, что все люди нуждаются в помощи психотерапевта. Вы действительно так думаете?

В.Г.: Да, все люди без исключения нуждаются в помощи психотерапевта. 120 %.

Корр.: А с какого возраста?

В.Г.: Как-то раз к Макаренко привели трехлетнего ребенка. Родители сказали, что у них с ним проблемы, но он им ответил, что они опоздали.

Корр.: А как Вы определяете, в какой помощи нуждается человек: нужна ему простая беседа или более глубокая терапия?

В.Г.: В процессе осмотра и беседы я исследую, набираю диагностические критерии и выясняю, что у человека  После обследования ставится диагноз, назначается определенное лечение. Если диагностические критерии не набираются — заболевания нет, но однозначно у человека есть психологическая проблема. Я работаю как на психологическом уровне, так и на психиатрическом. Я строго дифференцирую, кому надо лечиться медикаментозно по месту жительства в госмедучреждении, а кому достаточно будет помощи врача-психотерапевта. Для этого есть специальные технологии (более 200 специальных техник), которые я изучаю и собираю, как крупицы алмазов по всему миру. Например, техника эриксоновской терапии и гипноза, юнгианского анализа, того же психоанализа… все методики перечислять бессмысленно. Вот одним из этих способов человека и можно вытащить из его проблемы. Я склонен к так называемой эриксоновской терапии — это тоже разновидность психоанализа, только более высокая. Данной методикой можно лечить любое психологическое заболевание, любую психологическую проблему, в ней много разных подходов. Обстановка, кстати, помогает раскрыться. Например, у меня в офисе стоит шикарное кожаное кресло, садясь в которое, пациент расслабляется и раскрепощается.

Корр.: Кстати, а мягкое удобное кресло, да и вообще антураж обязателен в Вашей работе?

В.Г.: Нет, например, Милтон Грегори Эриксон — человек, который является легендой, гением психотерапии, всегда принимал в каких-то случайных местах. Однажды к нему пришел один знаменитый, очень амбициозный профессор и говорит: «Как Вы можете работать в этом помещении?» (там были обшарпанные стены и всего два стула, на одном сидел Милтон, на другом — его пациент, причем стулья не мягкие, а простые деревянные). Тогда Эриксон сказал такую замечательную фразу: «Но ведь здесь есть я». С тех пор, как прочитал его книгу, я могу работать даже на вокзале среди огромного количества людей.

Корр.: Известно, что есть заболевания по географическому признаку, а психические расстройства зависят от места проживания? Мегаполис и маленький город, Россия и Запад, есть ли между ними разница?

В.Г.: По моему мнению, нет. Уровень заболеваний практически стабилен и в деревне, и в мегаполисе. Правда, в городах чаще обращаются к специалистам, там люди более открыты, потому что могут затеряться в толпе. В маленьком городе ты только подумаешь пойти, а у тебя уже спрашивают, как сходил. Все знают о твоих намерениях, поэтому люди в таких городах реже обращаются, они боятся «известности», а, следовательно, общественного осуждения. А то, что ты живешь в маленьком городе, еще не говорит о том, что спектр твоей душевной организации как-то ниже и жизнь менее бурная, чем у жителя мегаполиса. Иногда такое творится в семьях, такое рассказывают на индивидуальных встречах, что волосы дыбом становятся! Целые мыльные оперы: кто с кем живет, кто как. Каждый день я слышу об изменах, рождении детей от разных… ну, просто Санта-Барбара. Это, кстати, свойственно и для Югорска, и для Советского. Здесь жизнь бурлит еще больше, чем в большом городе.

Корр.: Вы очень долго работаете в этой сфере. Как меняется психологический портрет Вашего пациента или общества в целом?

В.Г.: Мы сейчас находимся на переломе общественно-экономической формации. Все это началось в 90-х годах, однако до сих пор еще всех накрывает волной, и у людей идет раздвоение, растроение или даже расчетверение личности. Многие прожили при советской власти, где была определенная стабильность, уверенность в будущем, а потом им сказали: живите, как хотите. Они пытаются себя как-то встроить в новые политико-экономические  реалии, но не могут найти себя или сломались окончательно.

Корр.: А по социальной принадлежности можно как-то разделить людей? Скажем, бюджетники, бизнесмены, газовики. Есть ли какие-то свои особенности?

В.Г.: Работая с разными людьми, уверенно могу сказать, что есть. Возьмем, к примеру, газовиков, элитную часть общества — они за свой соцпакет, свои хорошие зарплаты кровью платят. Это как в банку посадить крыс, в итоге они сожрут друг друга и останутся отборные две-три. Также и с этой избранной публикой — за воротами стоит 200 претендентов на место, поэтому там плетутся интриги, сложные психологические конструкции, в итоге выживают только сильнейшие. Уровень психических отклонений у них очень высок, они испытывают стресс каждый день. Поэтому газовики иногда просто брутально пьют, чтобы снять его. Они относятся к самой тяжелой стрессогенной социальной группе. Дальше идут бюджетники, которые тоже постоянно «под прессом». Третья группа — это простые рабочие, они делают свои дела, как правило, работают в частном бизнесе, где у них полная неуверенность в завтрашнем дне. В какой бы сфере ты ни оказался, везде есть своя специфика, и психологическое состояние людей оставляет желать лучшего. Все находятся в стрессе.

Корр.: Вы обрисовали три портрета, а кто из них выглядит более благополучно в плане душевной организации?

В.Г.: Я думаю, никто, но дело не в этом. Вот когда вам удается соединить работу и хобби, когда вы любите заниматься тем, чем занимаетесь, когда интерес к работе у вас зародился с малых лет, тогда то, что вы делаете, минимизирует риски. Позитивный фон и хорошее настроение ставят на второй план все минусы, и даже низкий заработок.

Корр.: Основной метод Вашей терапии — это гипноз. Все ли подвержены ему?

В.Г.: Все.

Корр.: И все с одинаковой легкостью?

В.Г.: Есть формальный гипноз, когда подходишь к человеку, ударяешь его в лоб, говоришь спать — и он засыпает, впадает в каталептическое состояние. Есть определенные технологии для моментального погружения человека в гипноз. Как правило, такие люди должны обладать художественным типом мышления, быть яркими личностями внутри, впечатлительными или, как говорят в психотерапии, внушаемыми. Это примерно 20 % населения. У остальных 80 % превалирует сознание, но они все равно внутри себя остаются творческими детьми, для них нужно искать другие подходы. Все зависит от профессионала. Специалист может погрузить в гипнотическое состояние любого пациента, если только он не болен шизофренией.

Корр.: Пациент или врач?

В.Г.: И пациент, и врач… (смеется). Ну и еще гипноз не рекомендуется при онкологических заболеваниях. Не то чтобы таких людей нельзя ему подвергать, просто рак нуждается совсем в другом лечении — оперативном.

Корр.: А как же экстрасенсы, которые берутся лечить и более сложные случаи?

В.Г.: Насчет экстрасенсов отдельная песня. В 1984 году всех психбольных с бредовыми идеями целительства, оздоровительных практик, которых держали в психиатрических клиниках, в связи с общей демократизацией в стране выпустили на свободу. И когда эти пациенты вышли, к ним якобы пришел дар. Возомнив себя экстрасенсами, целителями, биоэнерготерапевтами, они начали лечить людей. И вот этот хаос и беспредел продолжаются до сего времени.

Корр.: То есть экстрасенсорику Вы не признаете?

В.Г.: Нет. В экстрасенсорику верят малообразованные с мистическим самосознанием, недалекие, «сломавшиеся» люди, не склонные к самостоятельному решению жизненных задач. Это теория больших чисел, всегда можно угадать любое событие. Ни в какую экстрасенсорику или колдовство я не верю, этого ничего нет.

Корр.: А Вы смотрели по ТНТ «Битву экстрасенсов»?

В.Г.: Запретить! Бред сивой кобылы! «Битва экстрасенсов» — настоящая постановка, и тому есть свидетели. Это индуцирование нашего населения, бредовые конструкции, отвлечение от того, что действительно важно, от решения своих жизненных задач. Их создают и продвигают на телевидении в политических целях, чтобы народ верил в какие-то мистические вещи. Когда человек в страхе, занят своими мистическими фобиями, он не занимается более глобальными вопросами общества и своей семьи. У нас же мозги у людей загажены так, как будто мы находимся в средневековье, бесовщина какая-то. Я категорически против всего этого, такие программы надо запретить. Лучше бы показывали научно-познавательные фильмы, развивали общество, а не принижали его.

Корр.: Понятно. Тогда скажите, кем были Кашпировский и Чумак? Ведь они себя позиционировали как экстрасенсы, с них и началось массовое увлечение народа экстрасенсорикой.

В.Г.: Кто такой Чумак в нашей специфике, я не знаю, просто какой-то журналист. Кашпировский же серьезный специалист, врач. Он прошел обучение в Харьковской школе психотерапии, из которой, кстати, вышли все толковые гипнотизеры и психотерапевты. Кашпировский — профессионал, другое дело, что терапия по телевидению, к сожалению, давала некоторые побочные эффекты. К примеру, он дает сеансы в Москве, а здесь кто-то входит в затяжные трансы, естественно, его надо как-то выводить из этого состояния, поэтому и возникали некоторые сложности. Конечно, лечить гипнозом нужно индивидуально и, если бы не эти моменты, то, я считаю, что Анатолий Михайлович вообще большую пользу принес бы людям. Но его запретили, сейчас он работает в Штатах, ведет свой прием в Нью-Йорке.

Корр.: Как Вы относитесь к популярной психологии, например, к Дейлу Карнеги?

В.Г.: Хорошо. Рекомендую также Блеза Паскаля, Монтеня. Что касается Карнеги, он прекрасен. Я хочу, чтобы вместо «Битвы экстрасенсов» с экранов рассказывали о Дейле Карнеги. «Как перестать беспокоиться и начать жить», «Как завоевывать друзей», «Как выступать публично» — это настольные книги для любого нормального человека, там просто крупицы золота. Они написаны доступным, человеческим языком и понятны всем.

Корр.: Многие говорят, что Карнеги не для нашего менталитета. Для Запада — да, но не для России. Что по этому поводу Вы могли бы сказать?

В.Г.: Полный бред. Миф об особом русском пути меня просто уже достал. Нет никакого особого русского пути, все это педалирование шовинизма и фашизма. Конечно, у каждого народа есть свои особые фишки, например, у русских — душевность. Этим мы и отличаемся от американцев, они как будто из папье-маше, картонные. Но особый путь — что это? Я не знаю.

Корр.: Вернемся к Вашей практике. В каких случаях Вы можете отказаться от клиента?

В.Г.: Врач может найти подход к любому клиенту. Я могу быть очень большим и авторитарным, а могу быть маленьким, когда необходимо, но… клиент должен созреть.

Корр.: То есть ждете, пока он сам не придет и не попросит помощи?

В.Г.: Совершенно верно. Вообще в психотерапии считается, что оказывать помощь нельзя до тех пор, пока о ней не попросили, в противном случае я никогда не помогаю таким людям. Как говорится, не спрашивают — не сплясывай.

Корр.: Но так-то, если человек готов бросить курить, то и я могу его вылечить. Дать в лоб и сказать: «Не кури», и все.

В.Г.: Вы-то ведь не знаете куда, когда и сколько раз его ударить, а я знаю. Поэтому я — психотерапевт, а вы — нет.

Корр.: А Вы сами неужели никогда не курили, не выпивали, не ели мясо?

В.Г.: Алкоголь, сигареты, трупокопчености — абсолютное зло. Я считаю, что те, кто пьют и курят — придурки. Если честно, я курил по три пачки в день. В голове у меня постоянно были «отмазки» — нервная работа, сложное время, личные проблемы, но потом ко мне кое-что пришло. Я совершил «открытие». Единственное, что умного я сделал — это бросил пить и курить. Понимаете, должна быть какая-то сверхидея, которая перекроет все.

Корр.: А есть ли в нашей жизни универсальный мотиватор?

В.Г.: Мне очень понравилось жизненное кредо шоумена Николая Фоменко. Он пишет, что главное - это семья, все остальные люди — незнакомцы. Я считаю, что семейные ценности — это самое важное в нашей жизни. Надо обратить внимание на свою семью — мужа, жену, детей. Хватит разматывать свою энергию во вне, сфокусируйтесь на своей собственной ячейке. Поменьше занимайтесь потусторонними вещами, политикой, побольше — спортом, читайте книги, будьте образованными, смотрите только полезные и образовательные программы, не будьте всеядными. Санки, лыжи, снежки, улыбки, смех. Запретите полностью компьютерные игры своим детям — это уход от реальности и определенная зависимость. Только расставив правильные приоритеты, вы сможете избавиться от зависимостей.

Корр.: Виктор Владимирович, спасибо Вам большое за интересную беседу.

В.Г.: Пожалуйста, будьте здоровы.

Беседовал В. Турин

 

674

Комментарии

Добавить комментарий

Размещая комментарий на портале, Вы соглашаетесь с его правилами. Проявление неуважения, высказывания оскорбительного характера, а также разжигание расовой, национальной, религиозной, социальной розни запрещены. Любое сообщение может быть удалено без объяснения причин. Если Вы не согласны с правилами – не размещайте комментарии на этом ресурсе.

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки