«Приемное отделение — это передовая»: как создать систему, в которой пациент чувствует уверенность и поддержку — в интервью с Дмитрием Ударцевым
Иногда нам всем приходится делать непростой выбор. Выбор, который может повлиять на всю жизнь. Наш герой свой самый сложный выбор сделал в 2016 году, когда, оставив работу на круглосуточном хирургическом посту, принял пост другой — возглавить приемное отделение районной больницы. При этом приемному отделению в то время предстояла тотальная реконструкция.
Дмитрий Ударцев — любящий порядок, требовательный и энергичный. Он привык 90 % своего времени уделять работе. У него проверенный годами дежурств, ночных смен и многочасовых операций запас прочности и выносливости. Сегодня он — управленец, но навсегда — талантливый хирург, внимательный к деталям. Он был на передовой восстановления систем организма, а сейчас — на страже порядка одной из главных структур медучреждения.
Приемное отделение — это авангард больничной системы. Здесь происходит первый контакт пациента с врачами. И в момент уязвимости именно здесь человек ищет веру и убежденность, что все будет хорошо. Наш герой за годы работы в этом убедился. Заметил, что иногда достаточно поговорить с человеком, и ему становится легче. Здесь врач — оплот веры и надежды. И его главная задача — не подвести.
— Быть врачом — это колоссальная ответственность. Надо быть просто бесстрашным, чтобы изо дня в день делать работу, где от твоего решения зависит жизнь и здоровье человека. Кто вы — люди, выбирающие такой путь?
— Безумие и отвага (смеется) — это не наш девиз. Есть четкие регламенты, есть знания и навыки, доведенные до автоматизма. Любой хирург вам скажет, что перед тем как получить допуск к человеку, он пройдет сложный и тернистый путь. Потому что врач должен принимать решение грамотно и взвешенно. Поэтому у молодых специалистов должны быть наставники. Сейчас это активно внедряется. Но они были и раньше. Только негласные. Мы ходили и смотрели на старших опытных коллег: следили за ходом операции из-за их спин. Мы знали: надо «прилипнуть» к эксперту, сделать так, чтобы он тебя не оттолкнул из-за занятости, и стараться максимально набраться опыта. Конечно, доктора видят, есть ли у тебя тяга к знаниям и освоению нового, — и это влияет на отношения. Тут должен быть интерес у человека, который хочет получить и освоить профессию. И это самое главное.
— Почему ваш выбор пал именно на хирургию?
— Я родом из поселка Игрим Березовского района — местный северянин, как говорится. Там я вырос, учился, оканчивал школу, оттуда ушел в армию. А потом поступил в Тюменскую медицинскую академию. Во время учебы познакомился с будущей женой, у нас родилась дочь. После несколько первых лет учебы я пошел работать, потому что уже была семья, был ребенок. Так что трудовой путь начал в городской больнице № 2 Тюмени, сейчас она стала областной. На тот момент учреждение дежурило на всю экстренку города по четыре дня в неделю. Работы там, конечно же, хватало всем. При такой загруженности опыта набираешься довольно быстро. Я трудился постовым, перевязочным и палатным медбратом. Работал в гнойной хирургии в торакальном отделении, заведующим которого был мощный хирург Игорь Викторович Редикульцев. Приходя на работу на дежурство на ночные смены (ставить уколы, капельницы, перевязывать пациентов, встречать их из реанимации и операционной), я старался попасть на дежурство именно с ним. Иногда мне удавалось попасть в операционную. Думаю, это один из факторов, почему я выбрал такую специализацию. Кроме того, я ходил на травматологические и хирургические кружки. Так что я другой профессии для себя не видел. Мне нравилось что-то делать руками, и у меня это хорошо получалось.
После окончания учебы я решил пойти в интернатуру. Меня тянуло домой, тянуло на Север. Поэтому я обзвонил больницы ХМАО, в том числе поговорил с Ольгой Сергеевной Кураевой, возможно, тогда она исполняла обязанности главного врача Советской больницы, сегодня она является председателем Совета ветеранов здравоохранения. Рассказал ей, что мы с женой — оба медики, учились на бюджете. После нашей беседы выбор был сделан. Я вернулся на Север вместе с женой и ребенком, и сразу начали работать. Я — в хирургии, жена — в родильном отделении врачом-акушером-гинекологом.
Здесь, в нашей больнице, в начале моей трудовой деятельности и становлении хирургом, как я считаю, мне тоже повезло с наставниками и отличными людьми, которые готовы были помочь и поддержать меня. Это врачи-хирурги Виталий Александрович Семенюк, Алексей Алексеевич Шевцов и Михаил Николаевич Лепихин. Мы и сейчас продолжаем работать в одной команде и стараемся поддерживать друг друга.
— Почему среди хирургов так мало женщин, как вы считаете?
— Эта профессия требует очень много сил. Человек должен быть выносливым и подготовленным физически, чтобы выдерживать все эти долгие операции, ночные дежурства. Это профессия, где все-таки очень много стресса. Хотя моя жена много лет работала оперирующим гинекологом и много дежурила ночами. Но, во-первых, это тяжело для хрупкой женщины, особенно в районной больнице. А во-вторых, женщинам больше, чем мужчинам приходится разрываться между семьей и работой. И, наверное, правильно, если женщина делает выбор в пользу семьи.
— Вы теперь ничего не боитесь?
— Как говорят: только дураки не боятся (смеется). Конечно, какая-то смелость приходит, это безусловно. Это можно в любой профессии проследить: когда погружаешься во что-то новое, естественно, перед тобой сначала стоит страх. Он превалирует над всеми эмоциями, даже эмоцией интереса. Тебе страшновато. Но когда погружаешься в свою профессию, разбираешься в ней, ты становишься специалистом, правильно? А когда ты уже, скажем так, собаку съел на всех этих процессах, ты становишься экспертом.
— Сколько шла самая продолжительная операция, которую вы делали?
— Наверное, часов пять.
— Хирург все это время на ногах и с полной концентрацией?
— Хирург все это время на ногах и с полной концентрацией, да. Но у врачей напряженная работа не только непосредственно во время операции. Помимо этого, у нас — дежурства, в том числе ночные: и очень плотные графики. Было время, когда я не спал двое суток. При этом ты понимаешь, что тебе нужно выполнять работу, тебе ее переложить не на кого, бросить ты ее не можешь, пациента ты оставить не можешь. Поэтому идешь и работаешь, вот и все. Сейчас работаю в приемном отделении, а это — тоже передовая, мы работаем круглые сутки. И если где-то сломался график, некого поставить на дежурство, — кто идет вперед? Приходится вставать, идти работать. Бросать все: семью, детей (а их уже трое). Идти работать. Без вариантов.
— Как вы восстанавливаете силы? Шторы-блэкаут, сироп шиповника/пустырника?
— Просто нужно абстрагироваться от всего — и достаточно нескольких часов, чтобы мозг отдохнул. Хватает одной ночи глубокого сна. Физически ты привыкаешь к такой нагрузке. Чем чаще дежуришь, тем легче. Восстанавливаешься за короткий промежуток времени.
Это очень сказывается на длительных отпусках. Тяжело долго находиться в отпуске, особенно в так называемом «тюленьем», как все сейчас любят: уехать куда-нибудь и валяться на шезлонге под солнцем. Я могу продержаться так пару дней, а потом — надо куда-то ехать, например, на экскурсии. Или, если на море, — начать день с гидроцикла. 15-30 минут, газ до отказа, и подальше в море. Взбодрился, и вроде все, готов. Семья идет на первый завтрак, а я уже бодрый — на второй (смеется).
— Чем вы занимаетесь в свободное время?
— Львиную часть времени занимает работа. В дни отдыха занимаюсь домашними делами (у меня свой дом), провожу время с семьей. Старшая дочь сейчас на третьем курсе в УрФУ, средняя — в школе, младшему сыну в январе будет три года. И нет, дети не пошли по стопам родителей, я конкретно про старшую дочь. Какой выбор сделает младшая дочь и сын, я пока не знаю. Захотят быть врачами — пожалуйста. Не сомневаюсь, что у меня будет что им подсказать и что посоветовать.
Наверное, для того чтобы стать врачом — надо об этом мечтать. Хотя я не могу сказать, что мечтал, скорее — был сразу уверен (смеется). Раньше, в Советском Союзе, дети хотели стать учителями, космонавтами, милиционерами, врачами. И я другой фундаментальной профессии для себя не видел. Родители — не врачи, но медицина в окружении была. Папа — строитель газопроводов, а вот мама — учитель химии с более чем 40-летним стажем (для поступления на медицинский нужны были химия и литература, так что проблем с репетиторством не было). Тетя по стороне отца — медсестра со стажем около 40 лет, двоюродная сестра — врач-биолог в лаборатории, друг нашей семьи, моих родителей — Лидия Васильевна Крайнова — долгое время работала в Игриме в больнице стоматологом, возглавляла профсоюз. Так что вектор на будущее был сформирован — поступать в медицинский. А вообще, я считаю, что в этой профессии нет случайных людей.
— Вы возглавляете приемное отделение с 2016 года. Какие принципиальные изменения за это время произошли?
— Первое: появилась хорошая диагностическая база: КТ-аппарат и УЗИ-кабинет с необходимым оборудованием. Это влияет на скорость и качество постановки диагноза. Для того чтобы поставить правильный диагноз, нужны опытный врач и хорошая диагностическая база. Чем правильнее и точнее поставлен диагноз, тем правильнее и точнее будет лечение. Поэтому это принципиальные изменения. Теперь нам не надо сопровождать пациентов в клинико-диагностическую лабораторию, как раньше. Все здесь, в шаговой доступности. Кроме того, в 2017 году я прошел обучение и сам провожу ультразвуковые исследования.
В 2016 году я вошел в состав рабочей группы проекта «Клиент». Участвовал в первом тренинге «Шаг за Шагом» производственной системы «Бережливое производство». Обучение послужило стартом внедрения новой клиентоориентированной производственной системы в нашу больницу. В приемном отделении мною был разработан и внедрен проект, направленный на повышение эффективности деятельности приемного отделения за счет сокращения времени ожидания диагностической услуги. Этот проект мы защищали в окружном департаменте. Примечательно еще то, что КТ-аппарат появился у нас как раз перед ковидом. И это очень помогло в диагностике вирусных пневмоний и разделении потоков пациентов.
Второе: поменялся маршрут пациента. Важно понимать, что приемное отделение — как первая скрипка в оркестре, с которой все и начинается. Мы здесь запускаем весь процесс. Если пациент поступает на плановую госпитализацию, его встречает медсестра на сестринском посту. Если мы говорим про экстренного пациента, особенно если это пациент, поступающий по скорой помощи, — его встречает врач. Что касается острых коронарных синдромов, инфарктов, либо инсультов, — здесь тактика меняется: таких пациентов встречает целая бригада, включающая профильного специалиста. Если это нарушение мозгового кровообращения, — то невролог, дежурный врач приемного отделения и реаниматолог. Если это инфаркт, то кардиолог или дежурный терапевт, врач приемного отделения и реаниматолог. Далее, в соответствии с установленными порядками и стандартами здравоохранения, мы запускаем определенный процесс: в кратчайшие сроки (а они прописаны до минут) мы обследуем пациента и ставим диагноз. И дальше уже занимаемся лечебными мероприятиями. То есть мы должны соблюдать все регламенты, работать быстро, оперативно, слаженно и четко. Естественно, чтобы поставить эту работу на рельсы, нужны постоянный контроль, наблюдение и обучение сотрудников.
Третье: это соответствие регламентам. Стандарты систематизируют работу, улучшают качество медицинских услуг и помогают молодым специалистам. Сейчас в нашей больнице, первой в округе, внедряются рекомендации Росздравнадзора по безопасности медицинской деятельности. Это масштабный широкообъемлющий проект, который затрагивает разные направления работы: от идентификации личности, профилактики падений пациента внутри учреждения до лекарственной, противоэпидемической и хирургической безопасности. Часть проекта касается работы непосредственно нашего отделения — это организация экстренной неотложной помощи в учреждении. Задача — разработать алгоритмы действий, СОПы — стандартные операционные процедуры, направленные на скорейшую помощь пациенту. Я, как человек, который любит порядок и четкость во всем, считаю эти изменения важными и эффективными.
— По сути, приемное отделение — это сердце большой системы: вы взаимодействуете со всеми отделениями и структурами больницы.
— Да, это так. Мы работаем со стационарными отделениями, поликлиникой, лабораторией, скорой помощью. Ежегодно в приемный покой обращается около 6000 пациентов. Более 50 % обращений — пациенты с хирургической, травматологической и урологической патологией. Около 20 % от общего числа обратившихся — дети. Кроме того, порядка 5500 человек обращаются при госпитализации в отделения. Итого через нас проходят почти 12000 человек в год. И эта цифра постоянно растет. Помимо прочего, мы взаимодействуем с пожарными, полицией и другими структурами экстренного реагирования. Еще раз повторю: приемное отделение, выражаясь армейским языком, — это передовая. Мы должны быть готовы ко всему.
— Я уже не раз обращалась в приемный покой и заметила, что здесь нет суеты, на удивление спокойная атмосфера и человеческое отношение. Как вы настраиваете команду? Чего еще, помимо порядка и стерильности, требуете?
— Каких-то тимбилдингов я в отделении не устраиваю. Людям надо давать отдохнуть так, как они этого хотят. Приходим на работу — работаем работу. Думаю, люди видят мой пример: тащу, созидаю, стремлюсь. Работаю-дежурю, работаю-дежурю. Наверное, надо быть нехорошим человеком, чтобы за спиной в это время что-то ломать в выстроенной системе. Да, иногда приходится быть достаточно жестким, потому что здесь слабости характера или невыполнения важной работы быть не может. Чтобы коллектив был командой, надо, чтобы каждый четко выполнял свои обязанности. Ну, и человеческое отношение к сотрудникам и пациентам. Пациент в нашей работе всегда в центре внимания. Он обращается к нам со своей болью, надо постараться его понять: с чем он пришел, что его беспокоит. Иногда требуется быть психологом, поговорить, объяснить, рассказать, что делать дальше. Порой после такого общения он «вприпрыжку» бежит домой, словно и не болеет. Так что в нашей работе надо любить людей и стараться их понимать. И любить свою профессию.
— Вы много лет посвятили хирургии. Скучаете без скальпеля?
— Конечно! До 2020 года я совмещал заведование отделением с хирургией: продолжал дежурить в хирургии, проводил операции. Чем мне нравилась эта работа, так тем, что результат виден сразу. Условно: вечером пациент поступил, операция прошла, на следующий день он уже «бегает». Здесь же, в организационных процессах, таких явных и быстрых эффектов нет. Хотя вы вот заметили изменения, это уже приятно. Тем более что отзывы врачам и отделениям пишут, если что-то не понравилось. А когда все хорошо, то просто идут довольные домой. Коллектив я настраиваю на правильное отношение в таких случаях. Надо воспринимать негативные отзывы как урок, как возможность стать лучше. Но хорошие слова слышать, бесспорно, приятно. Что касается хирургии, возможно, я когда-нибудь вернусь к ней, но пока другие цели, задачи и мечты. Например, собственная лаборатория на базе отделения и расширение площадей.
— Что вы можете пожелать нашим читателям как врач?
— Конечно же здоровья! Что еще может пожелать врач? Крепкого сибирского здоровья и побольше заботы о себе. Как говорят в самолетах: «Сначала наденьте маску на себя, потом на ребенка». Все логично — ведь чтобы помочь тому, кто рядом, вы должны быть в состоянии это сделать. Если посмотреть глобально, то этот посыл можно спроецировать на жизнь в целом. Нужно побеспокоиться о себе, чтобы все твое окружение тоже было относительно спокойно. Для этого сейчас все есть: мощная диагностическая база, хорошие лаборатории, врачи. Просто чем раньше находишь, выявляешь и занимаешься проблемами, связанными со здоровьем, тем больше шансов на выздоровление. Не зря сейчас серьезное внимание уделяют диспансеризации. Зазывают всех, обзванивают, объясняют. Формируют группы пациентов по возрасту, заболеваниям — и приглашают пройти обследования. Все доступно — пожалуйста. Поэтому призываю земляков следить за своим здоровьем, уделять побольше внимания себе и своему здоровью. И не откладывать: болезни молодеют, люди — еще не научились.
Досье ИА «2 ГОРОДА»:
Дмитрий Александрович Ударцев
Родился 23 января 1979 года в п. Игрим Березовского района
Окончил Тюменский медицинский институт
Стаж работы: 18 лет
Семья: женат, трое детей
Любимые фильмы: все фильмы советского кинематографа
Любимое блюдо: все, которые готовит любимая жена
Хобби: аквариумистика, немного — охота и рыбалка
Екатерина Шигапова
