ЛИНИЯ ЖИЗНИ. «Ничего героического я не совершала, просто работала». Тамара Колесникович — о профессии врача-трансфузиолога и работе отделения переливания крови
Мы продолжаем рассказывать о жизни и профессиональной деятельности врачей, трудившихся на благо советчан.
Тамара Сергеевна Колесникович работала в Советской районной больнице без малого 30 лет. Все это время она посвятила отделению переливания крови. В середине 80-х годов с мужем — Михаилом Александровичем Колесниковичем, лор-врачом — и детьми Тамара Сергеевна приехала в Советский. На Севере выросли дочери, которые продолжили династию родителей. Теперь и внуки уже взрослые. С 2015 года Тамара Сергеевна на заслуженном отдыхе. Но больничные дела и сейчас волнуют ее: то воспоминаниями о рабочих буднях, то современными реалиями, то новостями из Совета ветеранов медицины.
Загадочный мир медицины
Тамара Сергеевна родилась в одной из белорусских деревень Могилевской области во время Великой Отечественной войны. Она была пятым ребенком в семье. Времена были тяжелые, но жизнь шла своим чередом. Маленькая Тамара неплохо училась в школе. Именно в школьные годы она оказалась под чудодейственным влиянием медицины. Школьникам ставили прививки. Детей приводили в отдельный кабинет, в котором на специальных столах были расставлены непривычные детскому глазу колбочки, лежали устрашающие шприцы, поблескивали чистотой стеклышки. Мир кабинета казался загадочным и очень интересным. Так медицина впервые поманила Тамару Сергеевну.
С 1965 года началась учеба в Минском медицинском институте. Тамара Сергеевна говорит, что с первых занятий появилось ощущение погружения в профессию.
- У нас в институте был виварий. Мы учились оперировать на кроликах, делали надрезы собакам, ставили стомы и накладывали швы — все на живых существах. В нашем институте было все по-настоящему, практика на каждом занятии. И больных нам показывали сразу. Больного нужно было уложить на кушеточку, посмотреть всего: и живот потрогать, и в рот заглянуть, и выслушать хорошенько. Все вручную. Теперь с этим чаще справляются аппараты ЭКГ, УЗИ.
На шестом курсе у нас началась специализация. Я выбрала группу хирургического профиля. Именно из этой группы состоял первый выпуск специалистов по детской хирургии. Молодые врачи разъехались по разным городам: кто в Гомель, кто в Бобруйск, кто остался в Минске.
Тамара Сергеевна по распределению попала в Бобруйск. Там она 13 лет работала детским хирургом, вышла замуж, дети пошли. А потом доктор из отделения переливания крови уехала в другой город, на замену понадобился врач с хирургическим профилем.
- В то время дочка Оля у нас только родилась. Было сложно, потому что в хирургии без ночных смен никак. А ведь и ребенка ночью без матери не оставишь. Михаил Александрович строго сказал, что нужно выбрать: дети или хирургия. Для меня было очень сложно уйти из хирургии. Работа хирурга заманивает, прикипаешь к ней.
Новый адрес: Советский. Районная больница
В 1986 году прогремел взрыв на Чернобыльской атомной электростанции, родную Беларусь настигло несчастье. Тамара Сергеевна неохотно вспоминает день, когда привычный жизненный уклад изменился навсегда.
- 26 апреля был жаркий день. Люди отправились купаться и загорать. И как это бывает, когда стремительно разносится дурная весть, поползли разговоры: что-то произошло. Жителям ничего официально не сообщалось. Начали автобусами из Гомеля вывозить детей. Над Могилевской областью стояла туча, потом это все осело, была большая радиоактивность. Было страшно больше от неизвестности. Со временем люди понемножку успокоились, но все равно тревога не покидала.
Тамара Сергеевна и Михаил Александрович приняли непростое для себя решение — оставить привычное место, работу, жилье в Бобруйске. В Советском в то время уже была поликлиника, и требовались доктора. Узнав об этом, они поехали на новый адрес.
- Планировали 3-5 лет поработать и вернуться. Не пришлось. По приезде нам сразу дали общежитие. А через полтора года построили этот дом и выделили нам квартиру. Так и прожили в ней все эти годы. Когда в первое время ездили на родину в отпуск, было особенно тяжело возвращаться. А потом привыкли.
Тамара Сергеевна рассказывает, что Советская районная больница в 1987 году была еще не такая, какой мы видим ее сейчас.
- Я не стояла у истоков медицины в Советском, я приехала уже на все готовое. Отделение переливания в то время работало. Заведующей была Валентина Ефимовна Полевщикова. Именно она это отделение открывала.
Отделение переливания крови — родное, любимое
Задач у отделения было несколько. Во-первых, конечно, забор и хранение крови для переливания. Трудились, чтобы жизненно важный материал всегда был наготове. Процесс этот включал в себя забор, анализ, обработку, карантизацию и хранение. Кровь брали не только для нужд больницы. Часть ее отправляли на обработку в Тюмень. Там из плазмы получали альбумин – природный белок, содержащийся в плазме крови. В медицине его используют как плазмозамещающее средство. Альбумин нужен пациенту при травматическом, операционном или токсическом шоке, ожогах, сниженном содержании белка в плазме; на операциях с искусственным кровообращением, для лечебного плазмафереза, гемолитической болезни новорожденных и в ряде других случаев.
- Работали как все. Старались выполнить план. А он был огромный — тонна крови в год.
Чтобы выполнить план, проезжали по всем поселкам района. Ехали, как правило, на целый день. На ночевку не оставались. Добирались или поездом, или на машине. До сих пор вспоминают историю, как однажды по дороге в Агириш остановились в лесу, смотрят — вроде рыбак с пайвой среди деревьев ходит. Оказалось, медведь.
Выезжали в поселки всем отделением. Каждый выполнял свое дело.
- Прежде чем ехать, нужно было сначала договориться, чтобы нашли людей, готовых к донации, обеспечили их явку в больницу, подготовили операционную, дали причитающиеся донорам талоны на еду. Работы было много. И специфика была сложнее.
Для забора и транспортировки крови использовали стеклянные флаконы. Их большим недостатком была хрупкость, они могли разбиваться. По сути, это были бутылки с миллиметражной шкалой сбоку, которые предназначались не только для забора крови от донора, но и для ее консервирования, хранения и транспортировки. Горловина у бутылок была гладкая, без завинчивающейся резьбы. Их закрывали резиновой пробкой, которую фиксировали алюминиевым колпачком или перематывали бечевой. Таким образом обеспечивалась герметичность. Бутылки не были одноразовыми, поэтому после каждого использования их нужно было стерилизовать. В современной медицине для забора и транспортировки крови используют одноразовые пластиковые контейнеры — гемаконы.
- Наше отделение работало самостоятельно от забора крови до ее отдачи. Сейчас большую часть работы выполняет лаборатория.
Помимо сбора крови отделение занималось карантизацией материала. По общему для здравоохранительных учреждений приказу донорскую кровь использовали не сразу. Сначала ее отправляли примерно на шесть месяцев на карантин. В те годы, как и сейчас, одной их главных задач отделения переливания крови являлось снижение риска передачи инфекций от донора реципиенту. Шестимесячный карантин — это период ожидания, когда плазма «отлеживается», чтобы убедиться в безопасности компонента.
Во время работы Тамары Сергеевны в отделении стали делать плазмоферез. При помощи оборудования кровь отделяли от плазмы. Доноры сдавали и кровь, и плазму.
- В отделении переливания крови мы дежурили круглосуточно. Нередко нужно было немедленно делать анализ на совместимость, группу крови, резус, определять титр антител. Если срочно нужна была кровь, то взять ее было неоткуда, кроме как на месте. Это сейчас есть дороги, и ее можно доставить из Тюмени, Ханты-Мансийска. Кровь должна была быть всегда в наличии. Но порой все же требовалась редкая группа крови, например, четвертая отрицательная. У нас был список, в котором значились люди, готовые сдать свою кровь в любой момент, даже ночью. Такие доноры были на особом учете. Огромное им спасибо – никогда не отказывали. Один донор жил в Агирише. Была донор, которая, несмотря на личные дела, всегда приезжала на помощь, даже не пользуясь нашим медицинским транспортом.
Еще одна важная задача отделения заключалась в том, что по приказу Министерства здравоохранения оно работало как резус-лаборатория. Вплоть до 2012 года отделение занималось определением группы крови и резус-фактора у населения и вносило данную информацию в документы. Призывникам — в военные билеты, гражданам — в паспорта. Тем, кто отправлялся в заграничные командировки — в загранпаспорта.
Отделение переливания крови Тамара Сергеевна вспоминает с большой теплотой. Коллектив был очень дружным. Вместе отмечали все события: дни рождения, рождения детей, внуков.
- Одно из первых отделений, где сделали ремонт в рамках реконструкции больничного комплекса, было отделение переливания крови. И для сотрудников, и для пациентов создали очень комфортные условия, за что, конечно, большая благодарность главному врачу Владимиру Антонову. Профсоюз в больнице всегда был сильный, устраивали разные мероприятия. Мы ходили на лыжные соревнования. Новый год отмечали традиционно в теплой компании коллег. Дружно жили. Да и сейчас про нас не забывают: поздравляют с праздниками, приглашают на мероприятия.
В подтверждение своих слов Тамара Сергеевна показывает самодельную газету, подаренную на юбилей коллегами, как она их ласково называет, «мои девочки».
Заботы нынешнего дня и размышления о жизни
- В 2015 году я ушла с работы. Тяжело заболел муж, поддерживала его, ухаживала. Его не стало, а я в больницу больше не вернулась, стала пенсионеркой. А вот в последние годы что-то и сама развалилась. В 2023 году в начале лета неудачно упала и получила сразу несколько переломов. 45 дней лежала в больнице. Аппарат Илизарова носила. Потом случилась беда с глазами, пришлось делать операцию.
Помню, как меня подбадривал доктор из отделения травматологии: «Тамарочка Сережевна, если будешь себя жалеть – не поднимешься, будешь лежать. И я тебя представляю в креселке, где ты будешь сидеть и охать, но хочу, чтобы ты своими ножками ходила». Он заставлял работать руками и ногами с первого дня. Было очень тяжело. Сначала на ходунках ходила, потом с тростью.
Хочется отметить, что несмотря на серьезные травмы, Тамара Сергеевна бойко передвигается по квартире, рассказывает, что самостоятельно гуляет и ходит в магазин. Под окном квартиры — небольшой садик, за которым в меру своих сил хозяйка ухаживает самостоятельно. Видно, как она гордится взращенными насаждениями. Здесь яблоня, смородина, жимолость, несколько грядок с зелеными витаминами.
А пока мы беседуем, в комнате появляется грациозная мурчащая особа. Тамара Сергеевна знакомит с ней:
- Дети привезли на 1 октября котенка, как выразился внук, из неблагополучной семьи. Сказали, что зовут Дусей. Здрасьте! У них у всех Пенелопы, Матильды, а у меня Дуся? Я сразу решила: Клеопатра будет, а по-простому Клепа. Кручусь теперь вокруг нее. Хочешь не хочешь, надо в магазин сходить, еды ей купить, горшок поменять.
Кроме домашних забот Тамару Сергеевну интересует общественная жизнь. Она состоит в группе комитета ветеранов здравоохранения, общается в мессенджере с лидером, знает все новости. Отзывается о работе с теплом и благодарностью:
- У нас очень хорошая ветеранская служба организована. Нужно сказать слова благодарности Владимиру Валентиновичу Антонову, это его заслуга, до него ветеранского комитета в больнице не было. Лидер у нас Ольга Сергеевна Кураева. Она занимается общественной работой: информирует о мероприятиях в городе, приглашает к участию, напоминает о днях рождений и юбилеях. Когда проходят торжества, приуроченные к Новому году или Дню медицинского работника, непременно приглашают ветеранов, причем бесплатно. Ветераны состоят в группе в мессенджере, через которую рассылают нам важную информацию.
Я в последнее время редко куда выхожу. В этом году меня пригласили на день медицинского работника, там была презентация наших с Михаилом Александровичем портретов. Портретная галерея докторов в Советской районной больнице — это еще одна хорошая традиция. Теперь и мы есть в этой картинной галерее.
Тамара Сергеевна в общении интересный и простой человек. Она рассказывает о себе, шутит, смеется. Но во время беседы несколько раз пытается убедить, что не о ней нужно писать, что есть настоящие герои в больнице, достойные громких похвальных статей. Говорит, что не было в ее профессиональной деятельности ничего героического, только работа. Возможно, так и есть. Но как в любом механизме каждая деталь должна работать исправно, чтобы получился результат, так и в больничной системе каждому отделению необходимо функционировать должным образом, чтобы вовремя прийти на помощь, сохранить здоровье, а зачастую и жизнь. Невозможно переоценить работу каждого отделения и каждого сотрудника, если речь идет о самом главном для человека. А это значит, что даже простая работа — это уже героизм. Благодарим вас, Тамара Сергеевна, за Ваш добросовестный труд!
Светлана Архипова
