УГОЛ ЗРЕНИЯ. Алексей Меняйленко: «Порой возникает ощущение, что нами управляют новорожденные. А это мой профиль»

В большинстве населенных пунктов первыми к месту коммунальной аварии обычно прибывают бригады сантехников. В Советском это не всегда так. Здесь чаще всего, уже многие годы, буквально из гейзеров и пара материализуется… врач-неонатолог. Почему? Потому что, кроме того, что наш герой врач, он еще и депутат городского совета. К тому же он член КПРФ, а коммуналка и коммунисты даже по фонетике близнецы-братья. Итак, сегодня у нас в гостях врач, депутат и коммунист Алексей Сергеевич Меняйленко.
- Алексей Сергеевич, каков у вас послужной список в качестве депутата на сегодняшний день?
- Сейчас у меня идет второй срок в качестве депутата городского Совета, плюс четыре года в Думе Советского района. С 2016 года. В сентябре 2026 года — уже десять лет.
- Еще вопрос биографического свойства. Ваше профессиональное предназначение — врач-неонатолог. Сколько детей вы, если так можно выразиться, родили?
- За 22 года достаточно. Если посчитать, в среднем было по 450 родов в год. По сотне детей в год были рождены при мне, я прикладывал свои руки. Получается, пара тысяч детей. В 2011 году мы выходили в Советском 650-граммового ребенка. Когда он стал весить 1,5 кг и самостоятельно дышал, мы его отправили на реабилитацию в Нижневартовск.
- Кто-нибудь из них об этом знает?
- Да. Был такой случай. Ребенок родился недоношенный. Мы его здесь выходили, потом через годы я встретился с ним и его мамой. Ребенок даже пожал мне руку. Честно говоря, мне было приятно его крепкое рукопожатие. Приятно видеть плод своей работы — адекватного ребенка, полноценного члена нашего общества.
- Мы знаем много врачей, которые совмещали свою профессиональную деятельность с депутатской работой, все они как один говорили, что им своей основной работы хватает. Но их просят, уговаривают баллотироваться, и они идут — надо так надо. Вы же влачите на себе груз общественной и депутатской деятельности по собственному желанию. Это видно. Что вами движет?

Фото: Совет депутатов г.п. Советский, vk.ru
- С 2009 года я возглавлял первичную профсоюзную организацию в Советской районной больнице. Эта деятельность переросла в депутатскую. Из Советской районной больницы я ушел работать в страховую компанию, был руководителем службы экспертизы и защиты прав застрахованных — почти пять лет. Потом ушел обратно в неонатологию, так как это ближе. Я неравнодушен к тому, что творится в обществе, отсюда и общественная работа. Когда что-то можно сделать для людей и процветания города, я считаю это своим долгом. К тому же когда смотришь, что творит наша власть, порой возникает ощущение, что нами управляют новорожденные. А это мой профиль (смеется).
- Вы были депутатом при разных главах, в разных составах и на разных уровнях. Даже Совет, в котором вы сейчас, не такой, как раньше. Прежде он состоял из 15 депутатов, сейчас их 20. Как трансформировался парламентаризм в Советском? Что изменилось, по вашим наблюдениям?
- Сейчас это уже полностью «ручные» депутаты. Когда мы работали еще в думе района, было интереснее, потому что у каждого было свое мнение, депутаты его высказывали. Сейчас я один представляю КПРФ, и это единственная оппозиционная партия в Совете. Когда все депутаты, кроме одного, единогласно поднимают руки, редко воздерживаются от каких-либо вопросов, то становится понятно, для чего они там сидят. Раньше даже представители партии власти были более независимыми. Свое мнение высказывали те, кто не зависел от зарплат и глав. Я считаю, что сейчас понятие Думы — это профанация. Дума управляемая. В ней навязывают решения, которые необходимы главам, и полностью игнорируют мнение населения.
- То есть вы считаете, что раньше даже единороссы были более свободными и раскрепощенными? Кстати, действительно, есть ощущение, что в прежние времена среди них встречались личности идейные, яркие, которые могли высказать свое мнение. Например, приходит в голову Людмила Федоровна Котикова. Сейчас же депутаты превратились в какую-то безликую серую массу. Так?
- Если говорить о Л.Ф. Котиковой, я соглашусь. Это человек, который много лет руководил. Она понимала бюджетные процессы, была председателем бюджетной комиссии. На некоторые вещи она высказывала свое мнение достаточно жестко. Были моменты, когда мы работали совместно и не принимали какие-то ошибочные вопросы — они не проходили на думе. Или, напротив, поддерживали хорошие инициативы. Раньше была хотя бы видимость демократии. Сейчас даже видимости нет. Слышимость — и та пропала. Сегодня нет такого понятия как «избирательное право», оно осталось только на бумаге. Мой товарищ по партии Артем Аминов подробно затронул эту тему в статье о последних выборах.
Кстати, хочется еще раз поблагодарить избирателей, которые пришли на избирательные участки и поддержали нас, КПРФ. Это воодушевляет. Хочется дальше работать, потому что заметно, как у людей начинает формироваться свое мнение и понимание, для чего нужно голосовать. Мы продолжаем работать с еще большей уверенностью и отдачей.
- Каково это — быть одному из двух десятков, который идет не в ногу?
- Я не один, у нас существует депутатская вертикаль, и мы взаимодействуем с моими товарищами на разных уровнях — от регионального до федерального. В Думе ХМАО у нас фракция из трех наших товарищей: руководитель Алексей Савинцев, Артем Аминов и Василий Жуков.
Мне уже не раз предлагали «перекраситься» и перейти в партию «Единая Россия». Я считаю, что мне с ними не по пути. В отличие от коллег-депутатов, которые зависимы от своих боссов, я могу высказывать свою точку зрения, отстаивать ее. Они слышат, иногда даже соглашаются, но понятно, что по-другому голосовать за тот или иной вопрос просто не могут.
- По всей видимости, у вас не такая высокая степень зависимости от вышестоящих и прочих власть имущих, если вы еще не согласились на такие предложения. Или вы просто настолько идейный, что вам все равно?
- Во-первых, идейный. Во-вторых, есть явно антинародные вещи. В нашем лице народ видит поддержку, и поступить иначе у меня просто не получится. Иногда на улице встречаешься с людьми — они хвалят, сожалеют, что нас мало, что у нас не всегда получается отстаивать интересы.
- У нас сейчас даже дума района превратилась в малозаметную тень, что уж говорить о городском совете. Чтобы иметь о нем хоть какое-то представление, задам простой вопрос: чем вы там вообще занимаетесь? Какие вопросы там решаются?
- Полномочий в городе осталось немного: дороги, освещение, благоустройство, кладбище. Основная задача депутатов — передача полномочий в район. Идет тенденция объединения городской власти с районной.
- Никакого объединения нет. Есть ликвидация городского уровня местного самоуправления.
- Я с этим не согласен. Советский — это самый крупный муниципалитет в нашем районе. Я считаю, что у него должен быть свой бюджет и свой глава. Поэтому мы, коммунисты, были против передачи полномочий и единого бюджета. Мы считаем, у города должен быть свой бюджет. На сегодняшний день работа совета депутатов похожа на демонстрацию отмирания.

Фото: Совет депутатов г.п. Советский, vk.ru
- Вы являетесь одним из главных элементов муниципальной власти, представляющих народ. Вам не объясняют, как идет процесс муниципальной реформы, и куда она приведет в итоге? К вам не приходят какие-то специальные люди, чтобы хотя бы информировать?
- Никто не приходит. Думаю, даже у руководителей, стремящихся к объединению, еще нет понимания сути этой реформы. Мне пока не понятно, как мы будем жить дальше.
- Вы сказали о том, что передаете полномочия, но ведь на сегодняшний день поселение не просто передает району полномочия и забывает о них. Контрольная функция за их исполнением все равно пока остается, в частности за депутатами.
- Да, остается. Представители районной администрации, исполняющие те или иные переданные полномочия, перед нами отчитываются. Депутаты голосуют за оценку «удовлетворительно», либо принимают к сведению. По идее, совет депутатов должен приглашать тех, кто отвечает за исполнение полномочий, спрашивать с них, снимать три шкуры, если это необходимо, хвалить, если достойны. Но, учитывая, что почти все депутаты и ответственные лица являются членами одной партии «Единая Россия», рука руку моет, и все проходит формально.
- Алексей Сергеевич, а как складываются отношения с главами? Начнем с уровня повыше — с главы района.
- Он приглашает нас на отчет главы, отчитывается перед нами только в формате отчета перед думой района. Но лично с нами у него взаимодействия никакого нет. А представители партии КПРФ для него вообще как кость в горле. Честно говоря, я не понимаю, почему так происходит. Особенно в последнее время мы его вообще не видим. Вот А.Т. Кулагин, в отличие от главы района, всегда выслушает: с чем-то может согласиться, с чем-то — нет. Если обращаешься к нему по острым вопросам, и это в его полномочиях, он всегда реагирует на просьбы, замечания.
- Вернемся к Буренкову. Сам он не одаряет вас вниманием. А его окружение, замы?
- Они отчитываются по полномочиям, но фактически мы с ними не взаимодействуем. Зачастую работа строится так. Если к нам обращаются граждане с какими-то вопросами, то мы переходим в плоскость бумагописания. Идет депутатский запрос по нашим полномочиям. В зависимости от ответа администрации мы действуем дальше. Если вопрос решается — хорошо, если нет — пишем в прокуратуру. Сами работники администрации не спешат идти с нами на диалог. Похоже на стену. Мы для них открыты, они для нас закрыты.
- На ваш взгляд, в силу каких причин такое поведение? Просто высокомерием это не объяснишь.
- Я считаю, это недальновидность их как политиков, как руководителей. Так же районная администрация относится к нам — и как к депутатам, и как к представителям КПРФ. Если учесть, что КПРФ представляет Советский район в Думе Югры, с теми депутатами администрация района тоже не идет на диалог. Что уж говорить о депутатах, которые находятся на уровне совета депутатов. К тому же после ухода Михаила Юрьевича Жукова в районе сейчас вообще нет представителей КПРФ. Сейчас для нас район фактически закрыт. Мы можем узнать, что там происходит, только из СМИ. При этом, если взглянуть на положение дел широко, с 2021 года район катится вниз под откос, причем по всем направлениям. Разве что жилье строится.
- Но строительство жилья — один из показателей развития территории, разве нет?
- Я соглашусь. Но более показательным является падение рождаемости.
- А вам ответят, что это происходит во всей стране и даже во всем мире. Тоже Буренков виноват?
- В целом демография — это один из показателей социально-экономического развития того или иного государства, муниципалитета. У нас нет привлекательности. Если в СМИ говорят, что к нам приехал новый специалист, то через какое-то время мы видим, что он куда-то девается. Это тоже говорит о том, что район непривлекательный. Да, строительство идет, но каково состояние ЖКХ? Как бы все эти красивые новые дома вскоре не начали замерзать.Как бы вообще весь район не начал замерзать. У нас только начался отопительный сезон, а количество аварий и без сводок ощущается. В центре все перерыто коммунальщиками — пройти сложно. Сфера ЖКХ у нас просто в упадке. Честно говоря, я боюсь предстоящего зимнего периода. Как мы переживем эту зиму? Сейчас еще нет морозов, нет сильного давления в системе отопления, но порывов уже очень много. Идешь по городу и видишь эти раскопки: то тут, то там, а где-то и на одном и том же месте по несколько раз. На центральной улице Гастелло за последний месяц копали каждые сто метров.
Что касается строительства, в этом нет ни грамма заслуги Буренкова. Все дело в том, что в части жилфонда Советскому району досталось самое ветхое и аварийное наследие. Именно поэтому на его ликвидацию по различным программам выделяются большие средства. И надо не забывать, что в свое время Алексей Савинцев добился софинансирования по этим программам в раза меньше, чем другие территории.
Проблема в том, что у нас нет системного подхода. Строится микрорайон, а новые коммунальные сети не подводятся. Новые дома подсоединяют к старым и даже ветхим сетям. Наглядный пример. Начался отопительный сезон. Мы записали по этому поводу видеоролик. На ул. Гагарина и Советской была произведена реконструкция сетей, увеличена мощность котельной по ул. Гагарина. Это единственный микрорайон, где подвели новую сеть, за счет чего увеличили мощность котельной. Но это единственный пример, а ведь новых домов понастроили много. Реконструкция теплосетей и котельных не производится.

- Что касается ЖКХ — это настолько кричащая проблема, которую не замечать даже самому пассивному обывателю, не говоря уж о депутатах, невозможно. Есть городской совет, есть дума района, есть общественный совет. Есть профильные советы, где собираются люди, которые обязаны кричать, бить в колокол, писать обращения, требовать, выходить на губернатора, на президента. Но тишина! Может быть, эта деятельность ведется, но ее просто не видно? Или все эти люди настолько слились с вертикалью власти, что им сказали «цыц», и они помалкивают?
- Да, это вертикаль власти. В СМИ мы видим, что депутаты принимают ул. Чапаева или участвуют в сдаче нового дома. При этом депутатов от КПРФ туда не приглашают. Меня ни разу не звали пройтись по ул. Чапаева. Хотя к нам регулярно обращаются люди, эти обращения я озвучиваю напрямую главе города. Возле «Гранда» стояла лужа на пешеходном переходе, люди не знали, как по нему проходить. Я задал этот вопрос главе, глава сказал, что лужа будет устранена. Да, там какой-то канал вырыли, убрали лужу. Мы считаем, что по новым объектам есть вопросы и замечания, но нас, представителей КПРФ, не приглашают на сдачу этих объектов. Я думаю, власть боится нашего объективного взгляда. Пример — четвертая школа, когда мы без приглашения пришли, чтобы пройтись совместно с комиссией от администрации, и администрации пришлось переделывать сюжет на следующий день
- Тем не менее давно замечено, что если возникают какие-то аварии в ЖКХ, то скоро там появится Меняйленко, и это будет освещено. А ваши коллеги-депутаты вообще как-то замечены на улицах города, во дворах, на авариях среди гейзеров?
- Коллеги иногда обижаются на то, что мы их пропесочиваем. Но я не скажу, что ими ничего не делается. Да, люди обращаются, какая-то работа идет. У нас есть наказы. Они формируются в список, и часть наказов исполняется. Это работает. Я не говорю, что депутаты совсем не работают. Но когда говорят, что все хорошо и сделано качественно, но при этом нас не приглашают на сдачу объекта, встает вопрос: может, там не все так качественно? Они боятся, что мы выскажем свою точку зрения, сможем осветить это в социальных сетях. Та же дорога по ул. Чапаева-Багаева. Александр Терентьевич сказал, что она пять лет на гарантии, и если будут возникать какие-то замечания, то подрядчик должен будет их исправлять. Мы надеемся, что так оно и будет. Но контракт-то с городом, а у города через два года полномочия по дорогам заканчиваются. Не случилось бы так, что подрядчик потом откажется что-либо делать. Мы хотели бы, чтобы все недочеты исправляли сейчас, в ближайшие год-два, пока существует совет депутатов, пока город финансирует строительство дорог.
- Если по существу, мы назвали ЖКХ самым выпуклым недостатком. А что еще не так в городе?
- Конечно, экономика. В нашем городе, кроме сетевых магазинов, больше ничего не строится, не открывается. Наша партия говорит, что развитие того или иного субъекта без строительства предприятий производства невозможно. В городе производства практически нет. «Югра-плит» — градообразующее предприятие, предоставляющее некоторое количество рабочих мест.
- А настолько ли оно градообразующее? Может, оно просто заметное на фоне тотального экономического упадка? «Градообразующее» предприятие, на котором работает едва ли больше людей, чем в администрации. Вы серьезно?
- Я согласен, но завод производит, предоставляет рабочие места, платит налоги. Администрация, больница, школы и так далее — это бюджетные учреждения, которые живут на наши налоги. Они производят лишь круговорот денежных масс. Бюджетное учреждение получает зарплату из бюджета, оттуда платится какая-то часть налогов, которая возвращается в бюджет. А по факту бюджет больше не пополняется. У нас на территории сейчас два крупных застройщика — Саявуш Новрузов и Виктор Поляков, — от которых налоги идут в район. А о развитии мелкого бизнеса и говорить не приходится. Либо я просто не замечаю его развития. Честно говоря, чаще вижу, как закрываются ИП или ООО.
- Алексей Сергеевич, ну а с дорогами в Советском все хорошо? Вы их не обозначили среди городских бед.
- Взять ту же Чапаева. Чтобы эта дорога появилась, понадобилось шесть лет. Когда у Александра Терентьевича был первый срок, они делали какой-то проект по этой дороге. Несколько раз не срасталось, потом получилось. Дорогу сделали, пешеходные дорожки — тоже. Хорошо. Если бы в городе каждый год по одной дороге так делалось.
Взять мкр Картопья, где по большому счету всюду грунтовки. Из всех дорог, которые у нас есть, заасфальтированы примерно 30 %. Только треть! Причем состояние асфальтового покрытия оставляет желать лучшего. Например, ул. Гагарина. К ней много вопросов. С одной стороны, Александр Терентьевич прав, что нет смысла ее ремонтировать, пока не пройдет реконструкция сетей. МУП «СТВК» обещали, что нынче сделают там какой-то ремонт, но я не вижу, чтобы что-то делалось. Знаю, что проект по ремонту этой дороги все-таки разрабатывается. И ул. Кирова доделают.
Я считаю, что темпы очень низкие, хотелось бы больше. И второй момент — качество производимых работ оставляет желать лучшего. На это заложены достаточно большие средства из бюджета, а качество страдает. Мне непонятно, почему за этим не следят. В общем, качество и количество дорог — это проблема.
- Дороги, жилье, экономика, доходы людей — это очень важные вещи. Но ведь можно жить с плохими дорогами и низкими доходами, а в обществе может быть какое-то объединяющее воодушевление, мотивация вершить, создавать, добиваться целей. Сейчас какие настроения у людей доминируют? Общий дух времени, на ваш взгляд, какой?

- В моем понимании у нас есть четкое разделение: свой, чужой. Там, где есть свободное рабочее место, куда приходит устраиваться человек, ждут одобрения сверху. Я слышу от людей, что любого человека, приходящего на любую должность, особенно значимую, согласовывают с руководителем на верхах. Кадровые решения принимаются не по степени профессионализма, а по степени лояльности линии власти. В итоге у руля все больше становятся, на мой взгляд, не профессионалы своего дела, а лояльные. Так формируется система, ведущая к деградации государства и общества.
В то же время в последние годы я вижу положительную динамику — уход от безразличия в обществе. Особенно у меня большие надежды на молодежь, она стала интересоваться происходящим вокруг. У нас есть молодая команда по минифутболу КПРФ Советский. Парни с гордостью представляют команду, интересуются происходящим, участвовали в выборах 2026 года в качестве наблюдателей.
Сейчас все больше молодых людей стали вникать в политические процессы. Раньше такого не было. Среди людей моего возраста и старше, которые жили при СССР, еще доминирует безразличие, апатия. Мало кто из них верит, что можно изменить установившуюся систему власти. Не знаю, как это будет в дальнейшем… Не знаю. Возможно, некое пробуждение начинается на фоне того, что сейчас регулярно растут цены буквально на все, но при этом достаток людей падает. Это многие ощущают на себе. Кто-то начинает отказываться от привычных вещей, потому что не может себе этого позволить. Так или иначе, но я жду и верю в то, что люди скоро пробудятся.
- И тогда в КПРФ выстроятся очереди. Или уже?
- Да, сейчас сторонников нашей партии все больше. Когда они созреют к политической борьбе в полной мере, я не знаю. Это должно быть волевое решение. Люди нас поддерживают, но не все это могут сказать вслух, потому что они зависимы от работодателя, работают в бюджете. Наше население загнали в ипотеку и другие кредиты. Нельзя говорить ни о каких свободах человека, пока у него нет экономической свободы. Нас четко 30 лет вели к закабалению и закабалили. Человек сейчас закован финансовыми цепями, его волеизъявление экономически заглушено. Сейчас заработать деньги можно только в государственном и окологосударственном секторе. И даже бизнес в большинстве своем пристроен к государственным структурам.Соответственно, это система распределения бюджета среди своих. А если ты не свой — ходи с протянутой рукой.
- Но вы, Алексей Сергеевич, ведь тоже не вольный лавочник? Вы же тоже «кормитесь» в бюджетных организациях, государственных структурах. Почему вы-то не боитесь лишиться работы, попасть под репрессии?
- Я не боюсь любой работы в принципе. Было время, когда я тоже был финансово на грани. У меня тоже есть кредиты. Но есть и ценности, принципы, которые для меня весомее всего другого, я не могу их переступить. Я неоднократно попадал под репрессии и с каждым разом еще больше убеждался, что так быть не должно, и этому нужно противостоять, с этим надо бороться! И самое эффективное — делать это с единомышленниками, с товарищами!
- Спорить с этим сложно. На этом и закончим нашу беседу. Спасибо, что нашли время! Всегда рады вас видеть!
В. Турин








